Открыты 100-е торги «21-й век. Современное российское искусство»
ARTinvestment.RU   24 января 2022

В расширенном юбилейном каталоге собраны живопись, графика и скульптура художников, уже полюбившихся участникам и зрителям наших аукционов

В составе аукциона 20 лотов — произведения Семёна Агроскина, Азама Атаханова, Константина Батынкова, Алексея Ваулина, Дмитрия Воронина, Михаила Дронова, Наталии Жерновской, Евгения Зевина, Игоря Кислицына, Ирины Корсаковой, Виктора Крапошина, Сергея Максютина, Бориса Марковникова, Андрея Марца, Андрея Мунца, Наталии Турновой, Рудольфа Хачатряна, Анатолия Чечика, Дмитрия Шорина, Татьяны Ян. Участникам предлагаются четырнадцать живописных произведений, три скульптуры, две работы в смешанной технике и один графический лист.

Комиссионный сбор с покупателей составляет 18 %.

Каталог AI Аукциона № 414 и 100-го аукциона «21-й век. Современное российское искусство».

Лоты 100-го кураторского аукциона «21-й век. Современное российское искусство» представлены в экспозиции онлайн-выставки AI.

Семён Агроскин. Ночное окно. 2019

Семён Агроскин занимает какое-то совсем особое место в современном художественном процессе. Он парадоксален, и это отличает его и от «левых» и от «правых», от авангардистов и традиционалистов. Стремление к предметной изобразительности, возрождение «старых» жанров, таких как натюрморт, портрет, автопортрет, пейзаж, интерьер, глубина и серьезность самой позиции художника по отношению к миру, — что это, как не безнадежная в глазах многих архаика? Но при этом живопись Агроскина производит впечатление очень современной: в ней схвачен живой повседневный нерв, ритм, пульсация города и человека, порой возникает неожиданный угол зрения на предметы, лица, жесты и движения (Вера Чайковская).

Работы Семёна Агроскина наполнены тишиной, молчанием, одиночеством. Это ощущение достигается точным выбором сюжета, композиционным решением: окно, за которым просто темнота или неуютное отчужденное пространство, либо предмет интерьера, выступающий из пустоты.

В работах Агроскина ничего не происходит, нет никакой развернутой фабулы, все находится в состоянии статики, но они притягивают внимание зрителей своей неоднозначностью и глубинным подтекстом, скрывающимся за кажущейся простотой. Многозначительность молчания заставляет задуматься о серьезном, почувствовать себя вовлеченным в образный ряд автора.

Этой странной душе, кажется, вообще ничего предметного не нужно — только свет, тепло, легкость, ласка, порыв и опьянение чувством, что ты живой. Еще пока живой. Оказывается, это тоже немало. Отсюда этот живописный «трепет», свечение, пронизывающее тьму, нервность кисти и тонкие переходы от оттенков к цвету, всегда неяркому, сдержанному, «стыдливому». Вместо ярких тонов — вспышки света, вибрации души (Вера Чайковская).

Для живописца Семёна Агроскина естественно жить в мире светотени и создаваемого ею бесконечного объема, глубокого пространства, зачастую — в сериях разных лет — данного с необычных ракурсов.

Прямой взгляд на явление — из окна ли, из внутреннего ли пространства личности, которое тоже есть «окно», какая-то рамка, мировоззренческая или физическая, — исключает, казалось бы, разомкнутость и многосмысленность самого явления (так бывало в работах Михаила Рогинского).

Всё превращается, скорее, в некоторые внутренние формулы постижения внешнего мира, это столь же явления, сколь и мысли о явлениях (Вера Калмыкова, cultobzor.ru).

Читайте об авторе на AI: «Персона недели: Семён Агроскин».

Азам Атаханов. Молитва садовника. 2012

Что я хочу передать? В первую очередь, красоту. Может быть, это банально звучит, но на самом деле задача искусства — это, конечно, воспевание красоты, божественного, всего того, что дает человеку импульс к тому, чтобы что-то создавать и творить, и развиваться. Я пытаюсь показать взаимодействие внешнего и внутреннего. Красота, как говорится в одном из мусульманских трактатов, — это блеск истины (Азам Атахановkommersant.ru).

Сам Атаханов, когда говорит о своих духовных учителях, называет мастеров Проторенессанса Дуччо и Джотто, Фра Анджелико и Беноццо Гоццоли, художников высокого Возрождения Мантенью и Тинторетто. От них монументальность его живописных полотен (Дмитрий Буткевичkommersant.ru).

Художник предлагает нам не развлечение, не поучение, и не эстетские лакомства для глаз (хоть и умеет писать крепко и сочно). Он предлагает отбросить шелуху будней, заботы дня и радости ночи, и обратиться к первичным, исходным, главным заботам человека, живущего на земле. Такой подход к делу предполагает зрителя, который способен вспоминать о главном. Это не легко. Нервный и нередко неврастенический, легко возбудимый и быстро утомляющийся вид по имени «человек современный» усеял своими особями джунгли больших городов. Азам Атаханов обращается к нам от лица иного человечества, которое, как мы догадываемся, существовало в эпохи досовременные. Он всегда предлагает подумать именно о главном, о вечном и неслучайном.

Его главная тема — фигура в природном пейзаже, то есть в большом Доме мироздания, и в интерьере, то есть в родовом, семейном Доме. Полы, подушки, одеяла и стены жилого дома устроены так же прочно, надежно, и так же переливаются горячими красками жизни, как и горы, горные долины, деревья и камни внешнего мира (Александр Якимович, atakhanov.art).

Атаханов — художник, синтезирующий в своём творчестве культурные традиции персидского Востока, русского авангарда и европейского Ренессанса, показывает иную, метафизическую сторону реальности, лишь внешне подобную окружающей действительности.

Источником вдохновения мастер называет красоту природы и человека в ней; всё то, что созидается человеком: произведения искусства и архитектуры, поэзия, сады и селения, жилища и предметы народного творчества, и конечно, музыка. Искусство для Азама Атаханова — это созидание благого, истинного, атрибутом которого является прекрасное: «Чем музыка отличается от шума, живопись от раскрашенной плоскости, литература от должностной инструкции? Лишь красотой. Только истинная красота придаёт искусству смысл. Постичь и передать её — единственная подлинная задача художника» (artmoskovia.ru).

Константин Батынков. Москва. Дождь. 2015

Константин Батынков, известный своей виртуозной живописью, тяготеющей к технике каллиграфии, —  художник, чей панорамный всеохватывающий взгляд удивляет своей точностью к деталям. Эстетика его произведений отсылает к искусству «Общества художников-станковистов», участники которого запечатлевали индустриализацию начала XX века. Константин Батынков, с юности увлеченный Александром Лабасом, также обращается к теме городского пейзажа. Однако пространство его работ наполняется узнаваемыми деталями: самолетами, вертолетами, дирижаблями, летающими тарелками, кораблями, подлодками – военной техникой, которую он изучал в Московском институте инженеров гражданской авиации. Эти объекты возникают в самых неожиданных местах, наполняя образ произведения фантазийной сюрреалистичностью (Сергей Попов, pop/off/art).

Произведения Константина Батынкова плотно наполнены движением — на земле, в воде и в воздухе. И конечно, вечно движущаяся Каланчёвка — площадь трех вокзалов — стала для него естественным центром притяжения и не раз встречается в его живописи.

Уезжающие, провожающие, приезжающие, встречающие, пересаживающиеся… Суета, машины, чемоданы, тюки, людской водоворот. Миллионы людей впервые увидели Москву, выйдя на Каланчёвскую площадь.

Экскурсионный маршрут по Каланчёвской площади и ее ближайшим окрестностям занял бы не один день: сначала экскурсантов поведет архитектор, рассказывая о каждом (!) здании уникального уголка Москвы, за ним — историк Москвы, литературовед, искусствовед… Каланчёвка — один из любимых городских мотивов для художников. Константин Батынков написал ее в ливень, как будто сквозь залитое струями дождя стекло автомобиля, и потому здания скорее угадываются, чем видятся. И даже сквозь стену дождя зритель ощущает всеобщее движение на площади и в воздухе, где люди под зонтиками бегут по лужам и носятся привычные к городскому шуму голуби.

Алексей Ваулин. Греческие мотивы. 2015

…Я мог бы рассказать цветом о каждом дне своей жизни! (Алексей Ваулин).

На живопись должно быть интересно смотреть. За каждым мазком зрителя должен ждать неожиданный поворот. Вот знакомые элементы реального мира уже угадывались, а вот они растворились и превратились в чистую абстракцию: мне чрезвычайно интересно это тонкое перетекание реальных и абстрактных форм (Алексей Ваулин, vaulin.info).

… Он создает бесконечное разнообразие сюжетов, которые объединяются особым подходом к цвету. Ваулин использует цвет как фактурную, практически скульптурную массу, из которой буквально лепит формы, а также как изящную графическую технику, рисуя цветными спонтанными линиями и пятнами; работает как декоративно, так и невероятно сложно с живописной точки зрения. В интеллектуальной абстракции Ваулина цвет достигает своей полной выразительности и свободы… Он становится живой, творящей стихией, мыслящей субстанцией, живописным «океаном Солярисом» со своим характером. Цвет каждый раз играет разные роли: подчеркивает индивидуализм модели или выводит сюжет на уровень обобщения, сообщает то дух бунтарства, то настроение умиротворения и покорности, воспевает любовь, страсть, секс, чистоту и порок, движение и поиск (vaulin.info).

Алексей Ваулин — живописец и график с редким даром чувствования цвета. Художник в буквальном смысле ощущает и жизненные ситуации, и вовлеченные в них персонажи «окрашенными» в определенный цвет и оттенок. С детства имея некоторые проблемы со слухом, он научился воспринимать мир людей и вещей через цвет. Эта своеобразная форма синестезии вводит художника в круг мастеров, использующих на практике способность цвета оказывать воздействие на настроение человека.

Цвет… стал внутренним мерилом завершенности работы, а также инструментом исследования реальности и человеческой души. Он служит средством, благодаря которому на полотнах Ваулина идентифицируются формы, ведь художник зачастую буквально лепит их цветом, густыми динамичными мазками и даже специальными фактурными массами, придающими дополнительный объем. Интересно наблюдать разворачивающуюся на его картинах драматургию сложных ритмических рисунков и цветовых соотношений (Илона Лебедева, artinvestment.ru). 

Читайте об авторе на AI: «Персона недели: Алексей Ваулин».

Дмитрий Воронин. Кот. 2021

Дмитрий Борисович Воронин — художник-анималист, работающий в графике и станковой скульптуре, член Союза художников России, почётный член-корреспондент Международной академии культуры и искусства. Известен прежде всего как мастер деревянной скульптуры, виртуозно работающий в таких сложных техниках, как маркетри и инкрустация, поверхность его работ отличается богатой орнаментикой, игрой фактур и декоративностью. Создает лаконичные бронзовые композиции.


Телеинтервью скульптора Дмитрия Воронина
Источник: youtube.com

Творческие поиски Воронина идут в русле модернистской пластики, для которой характерна стилизация форм, абстрактность мышления, акцент на выразительной подаче образа. Бронзовая композиция «Кот» (2021) отличается лаконичным художественным решением. Тело кота трактовано обобщенными формами без детальной проработки анатомических подробностей. Автор с юмором и иронией подошел к интерпретации его образа. Вытянутый, удлиненный силуэт животного с выразительно торчащим трубой толстым хвостом отсылает к традициям народного и наивного искусства, что придает его внешнему облику непосредственность и очарование. Плавные изгибистые линии формируют целостную монолитную фигуру. Несмотря на камерный размер, рассматриваемая скульптурная композиция отличается тенденцией к монументальности (Мария Беликова).

«В конце 90-х годов, монтируя одну из скульптурных выставок, неожиданно увидел необычную работу. Спрашиваю: кто автор? Подходит скромный, худенький молодой человек… Это был Дима Воронин, а работа называлась “Рыба”.

С тех пор встреча с каждым произведением Димы вызывает у меня удивление и восхищение.

По мастерству обращения с материалом ему нет равных, разве только скульптор Кирилл Александров.

К своим открытиям в скульптуре Дима прошел и через классическую школу Строгановки, и через реставрацию, и через работу гл. художником фрезерного завода. В разное время его учителями были такие большие скульпторы, как Лев Михайлов, Александр Белашов, Александр Бурганов. Но сильнее всего, по мнению самого автора, на него <повлияло> творчество Андрея Марца. Гротескность образа, предельная лаконичность стали основными приемами и в творчестве скульптора Дмитрия Воронина.

В своих произведениях Дима как бы балансирует на грани. Отказ от традиционной пластики, идеализация формы, предельная выявленность материала легко могут увести в холодный дизайн и потерю внутренней теплоты содержания. Не случайно автор иногда возвращается к традиционной пластике — “Кот”.

Очевидна безразмерность многих произведений Димы, они могут быть воплощены и в более крупных размерах.

Почему животные? У Димы с детства были животные, он любил их и наблюдал за ними. Думаю, что внутреннее восхищение божественным творчеством — неисчерпаемость форм и конструкций — подлинный фундамент творчества скульптора Дмитрия Воронина» (22 апреля 2014, скульптор Борис Чёрствый).

Михаил Дронов. Похмелье. 1992

Мне нравится работать, это трудоемкий процесс, не просто вылепил все и забыл. Если не работать, то вдохновение тоже улетучивается. Если каждый день как пианисты, танцоры, не работать, это все куда-то уходит (Михаил Дронов).

Михаил Дронов  — один из ведущих отечественных скульпторов. Художник отточенной формы принадлежит к поколению «восьмидесятников», чьи творческие пути определялись временем и осознанием себя частью этого времени. Он создает свой художественный мир, причудливый и многообразный, основанный на взаимосвязи реальности, фантазий и гротеска. Скульптор — экспериментатор, и дух его поисков всегда интересен. С легкостью объединяя реалистически-иллюзорную лепку с обобщенными формами, скульптор создает станковую работу, многофигурную композицию или натюрморт, где образный мир произведений подчинен исключительно свободе мироощущения и самовыражения (Екатерина Шмакова, искусствовед, куратор).

Михаил Дронов — яркий представитель поколения художников, которые родились в годы «оттепели», сформировались в 1970-х и вступили в творческую жизнь в 1980-х. Он принадлежит к группе мастеров, широко образованных, прошедших серьезную классическую школу и внутренне свободных. Узнаваемый, яркий художественный язык Дронова строится на высочайшем профессионализме. Это позволяет ему сочетать классическую традицию с пластическими новациями.

Достигая минимальными средствами максимального эффекта, он создает фантастический, насыщенный аллегориями и символами, мир. Его остроумная образность включает и повествовательное начало — оно прочитывается не в многословной детализации формы, а через внутреннее состояние причудливых персонажей.

Монументальные произведения автора установлены в нескольких городах. На площади Рембрандта в Амстердаме — скульптурная группа «Ночной дозор». М. Дронов выполнил ее совместно с А. Таратыновым по мотивам знаменитого полотна. Жителям Москвы знакома композиция Дронова «Александр и Натали» перед храмом «Большое Вознесение» у Никитских ворот, где венчался Пушкин с Гончаровой, и изображения благоверного князя Гавриила Псковского и преподобного Варлаама Хутынского на оконной арке южного фасада храма Христа Спасителя. Еще две монументальные работы скульптора представлены в Петербурге: «Пётр I» в аэропорту Пулково и «Святой Пётр» в Александровском парке (museum.ru ).

Читайте о художнике на AI: «Персона недели: Михаил Дронов» .

Наталия Жерновская. Без названия (Лётчица). 2021

Я рисую то, что хотела бы сфотографировать, и фотографирую то, что могла бы нарисовать.

Когда я начала заниматься фотографией, меня сразу интересовало, как можно изменить и усовершенствовать фотоизображение. Я пользовалась химическим способом протравливания, раскрашивала фотографии анилином и акварелью. Потом Георгий Гурьянов показал мне, как можно использовать живописные лаки, акварельные и пастельные карандаши и работы уже настолько перестали напоминать фотографии, что как-то сам собой произошёл переход к живописи. Живописью я занималась с детства, потом на какое-то время забросила совсем и вернулась в начале нулевых.

Авиация, летчики, парашютисты — это одна из любимых тем, над которой я сейчас работаю и ищу идеальную композицию для каждого сюжета, поэтому в процессе возникают разные версии (Наталия Жерновская).

Живопись Наталии Жерновской продолжает и развивает эстетику её знаменитых фотосессий. Ее живописная манера отличается контрастностью и светоносностью, что делает её картины исключительно красивыми и очень глубокими по смыслу. Эстетика солнечной античности и интеллектуального неоклассицизма в современную эпоху имеет прекрасное воплощение в живописных произведениях Наталии Жерновской (Елизавета Плавинская, искусствовед, куратор).

«Мы все, рожденные в искусстве конца восьмидесятых — начала девяностых, — пишет Елизавета Плавинская, — воспитанные возможностью доверия идеалу в Академии Тимура Новикова, влюбленные в себя, и друг в друга, и в окружающий мир, полный сокровищ искусства и духа, остались бы навсегда простыми изваяниями той уходящей постепенно эпохи, но стиль и невесомое дыхание фотографии в произведениях и проектах Натальи Жерновской сохраняют биение жизни в мраморном сердце статуи нашего эстетического представлениях о месте человека во дворце, театре и возле огромного металлического корабля. И так далее...» И в небе — остается добавить, глядя на прекрасный холст Натальи Жерновской.

Евгений Зевин. Три сосуда. 2014

Главное, не поддаваться унылой прозе жизни. Мне всегда хочется передать в своих работах позитивное отношение к жизни. Светом, цветом, эмоциями. Жизнь прекрасна, даже если случается, что ты не соответствуешь ей… (Евгений Зевин, rg.ru).

В своей живописи я всегда стараюсь найти что-то новое, неизведанное, не опробованное раньше, это и есть мое авангардное устремление. Я хочу, чтобы мои картины помогали людям жить в наше непростое время, сделать их жизнь лучше, добрее, устойчивее, если хотите, надежнее. Я хотел бы морально, духовно, нравственно поддержать человека. Искусство должно давать человеку радость, доброту, нравственную и духовную опору (Евгений Зевин, ru.wikipedia.org).

Евгений Зевин остро чувствует закономерности композиционных и декоративных решений, обычные, вроде бы каждодневно виденные предметы всегда подчинены строго проверенному и прочувствованному ритму в сопоставлении объема, цвета, внутреннего движения или покоя.

Натюрморты Зевина — это всегда картины, в которых есть глубочайшее содержание, действие, интрига, тайна, мгновение, год, эпоха, соотносящие смысл их живописной фактуры с духом современности. Картина двухмерна, и задачей художника является перевести эту условную двухмерность в трехмерное пространство внешнего мира. Он хочет, чтобы картину можно было читать как книгу.

Продуманные включения в натюрморт тех или иных предметов делаются художником не ради повышенной декоративности или в поисках новых цветовых созвучий, как таковых: цельность остается главным качеством его произведений. Работу над картиной Евгений Зевин начинает обычно с рисунка углем, причем это очень длительный процесс по доведению линии до совершенства, с использованием закона силовых линий авангардистов 1920-х годов. В каждом рисунке или композиции уже ничего нельзя менять. Изображаемые предметы всегда подчинены строго проверенному и прочувствованному ритму. Они близки к построению музыкального произведения (Нина Лапина, zevin.ru).

Есть какая-то мистическая точность. Когда художник ее достигает, картина, независимо от своего содержания, утешает, примиряет всех нас с жизнью. Я думаю, главная цель искусства — утешать человека и Евгений Зевин почти всегда достигает этой цели. Его новаторство тут же на месте оплачивается самой верной и самой старинной монетой — талантом. (Фазиль Искандер, aris-art.ru).

Игорь Кислицын. Из цикла «Всадники Апокалипсиса — 2021». 2021

Практически в любой художественной традиции есть изображения всадников, в европейской — это фольклорно-сказочные богатыри, витязи, языческие по происхождению, или рыцари, крестоносцы, воины средневековой христианской традиции, в том числе и канонические иконные образы Архангела Михаила, Георгия Победоносца и т.д. и т.п.

Всадник на коне — одна из моих программных тем. Для меня это образ-символ, это знак, Крест, иероглиф Центра, который мы носим в себе. Это и символ подчинения низшей природы высшей, обуздания животных страстей. Мои всадники ощутимо вертикальны по сути, они движутся поперек-наперекор инертности плоских земных низин. Всадник устремлен вперед и ввысь, за пределы возможного, в сам эпицентр Неведомого и невидимого, чаще всего обозначаемого в моих картинах знаком Черного солнца или иного светила. Красный цвет передает здесь мужественный жар огненного покорения материи, борьбы с земнородно-подземной энергией черного (Игорь Кислицын).

При всей очевидной русскости и значении для него почвенного начала, он остался вне салонного «псевдо-древнеруссничанья» наивных или конъюнктурных стилизаций.

С другой стороны, при всей ощутимости его опоры …на культурное наследие великого континента Евразии в целом, при всей значимости для него реминисценций искусства былого, ныне, увы, все более уходящего в прошлое «закатного» Запада, он смог избежать… смешения заведомо несовместимого — этой постмодернистской болезни вкуса… Ведь цельность «сплава», органика личного стиля уже отчетливо определилась, а личность автора уже состоялась — ведь утверждать право быть собой в искусстве, пораженном изменчивостью модных течений, быть изменчивым в перипетиях личного стиля и метода, но внутренне цельным — это сейчас задача, достойная уважения, независимо от оценки конкретных результатов с точки зрения зыбких критериев, вкусовых предпочтений и т.п. (Сергей Кусков, искусствовед, арт-критик).

В определенный период творчества художника особо настойчиво звучит тема всадника, витязя или рыцаря, воина (реже — воительницы, напоминающая о Валькирии и о русском богатырском эпосе). Эта тема наметилась уже в апокалипсическом цикле, в том числе воплотившись в образах страшных и прекрасных всадников-мстителей, в образах последней битвы света и мрака.

В дальнейшем такая образность формирует самостоятельный, особо интересный и по сей день актуальный для художника цикл, где лейтмотив Всадника уже полностью доминирует, щедро варьируется живописно, углубляется в своей смысловой многослойности, одновременно увязываясь с темой Черного Солнца, восходящего в небе Героев.

Особую роль играет и характерная для картин живописца как бы возникшая из преломлений цветового спектра специфичная, писаная «рама в раме». Возникая как преграда между «реальной» жизнью за пределами холста и внутренним микрокосмом, созерцаемым внутри этой «ограды», она охраняет сердцевину этого малого мира своей геометрией (Вера Родина, artinvestment.ru).

Читайте о художнике на AI: «Персона недели: Игорь Кислицын».

Ирина Корсакова. Куклы. Взгляд 1. 2021

Я расскажу о том, что я люблю.
Покой и созерцание.
Свет и тень.
Ясность.
Трепет и окаменение.
Вибрации души, тона, цвета.
Предмет.
Фактуры материалов.
Фронтальную композицию.
Поверхность холста и физическое ощущение прикосновения к нему кисти.
Картину как проявленное.
Искать смыслы.

Учусь любить людей — получается понимать и жалеть.

Хранить в себе все эти переживания тяжело, они требуют материального воплощения. И я пишу. Картины о мире, о себе, о своих ощущениях этого мира.

Я всегда считала достойным, когда искусство несет надежду и красоту людям. И так сложно живется, зачем делать еще больнее? Но видно, моя боль за человечество искала выход, и я дала ей волю в новой теме «Куклы».

«Куклы» — о наших душах, прекрасных и чистых, мудрых, больных и одиноких. Часто под нарядами, локонами, улыбками скрываются травмы, уродства душевные. Когда изображаешь человека, это всегда конкретный персонаж, а в портретах кукол я вижу отвлеченные образы. О людях вообще.

Почему я изображаю кукол в основном обнаженными? Прежде всего, это ужасно красиво, это то, чего мы не видим обычно, когда куклы одеты.

О чем я рассказываю в своих работах? Так же как человек одевается, женщина красится — чтобы казаться чем-то другим, чем они есть на самом деле. А если человека раздеть, а еще покопаться у него в душе, то можно найти что-то совсем другое. Мне хочется рассказать об этом через кукол, потому что если изобразить человека, то он будет восприниматься как конкретный персонаж. А мне хочется обобщения.

Кукла — как образ души, но не одной, а многих душ.

Вижу в этой теме безграничные возможности, думаю, мне ее хватит на всю жизнь.

Павел Лунгин назвал их «современными иконами» (Ирина Корсакова).

Виктор Крапошин. ЗИСмузон. 2020

Предметная, с подробными деталями, ясная живопись особенно привлекает меня. Набор тем, как мне кажется, стандартный для любого человека искусства: Жизнь, Любовь, Время, Смерть, Сбывшееся и Несбывшееся, Страх и Надежда. Главная моя задача (и не только моя) — найти свой язык для отображения настоящего времени и всего, что прошло через меня; того, что было когда-то настоящим, а теперь — прошлое.

Мне нравится сделанность и разумное соотношение цвета и линии, без теней. Не последнее место для меня в живописи играет техника и ремесло (Виктор Крапошин).

Виктор Крапошин не следует какой-либо выбранной программе, не иллюстрирует идею, он движется в пространстве холста интуитивно, но всевластно, выталкивая на сцену персонажи, чья явленная на холсте жизнь озадачивает — привлекает — не отпускает — завораживает и в конце концов заставляет серьезно задуматься. Его картины всегда остаются в определенной мере загадкой, всегда есть «куда их продолжить»; задев за живое, они всплывают в памяти, будоража внутренний взор, иногда одаривая, как искрящийся поток, каким-нибудь новым бликом смысла и чуть приоткрыв свою тайну.

Добродушная ирония или едкий сарказм, гротеск, а иногда и романтическая меланхолия, исходящие от работ художника, часто прикрывают глубокую философскую идею. Большей частью в его работах представлено два среза, два сечения, два вектора движения: к истинно человеческому или от него, борьба центробежных или центростремительных сил становления человеческой формы (Вера Родина, искусствовед).

У мужчин моего поколения одним из самых ценных качеств считалось наличие чувства юмора. У Вити Крапошина его столько, что хватило бы и на десятерых. А самое главное, что его юмор, а иногда самый чёрный, выплёскивался в его творчество. Все его картины, как золотой патиной, пронизаны этим чисто московским сарказмом и иронией. Позволю себе одну параллель: если в литературе у нас есть потрясающий Венечка Ерофеев с гениальными «Москва — Петушки», то в живописи у нас есть не менее блестящий Витя Крапошин со всем своим творчеством. В любой его картине есть трагизм одновременно с чёрным юмором, есть философские обобщения с хулиганским хихиканьем, а главное, есть любимый мной наш российский быт с советским душком, замешанный на самом настоящим концентрированном сюрреализме.

Виктор Сидорович Крапошин, как и большинство художников его поколения, не относит себя ни к какому художественному течению. Но мне, как его другу и поклоннику, кажется, что наиболее близкое определение — это фантастический реализм. Замешав суровый советский реализм в фантасмагорию своих снов и фантазий, он получил на выходе ни на кого не похожий стиль, а именно — совершенно фантастический реализм (Константин Кошкин, художник, искусствовед, yandex.ru/q).

В холсте «ЗИСмузон» (2020) этот фантастический реализм очевиден. Крапошин пишет мирную житейскую сцену из времени своего детства, середины прошлого века, когда выпускались легковые автомобили ЗИС. Любители ретро-машин легко определят модель, превращенную художником в «ЗИСмузон». Смысловой центр картины — своеобразный пивной ларек, окруженный любителями пива: один сдувает с кружки пену, у другого в руках вобла, красный нос третьего одним штрихом характеризует своего обладателя, четвертый держит в руках сразу две кружки. Мужскую компанию разбавляет женская фигурка. Теплоту и притягательность картине сообщают многочисленные детали, крапошинская любовь к которым проявляется буквально во всем: в носочках и шляпках женщины с кружкой и девочки, в крое мальчикового и мужских костюмов, в ромбовидной этикетке внутри мужской фуражки, в рогатке одного мальчишки и бублике в руках другого, в тарелке с сушками (тогда в пивных ларьках продавались сушки и соленые сухари — закуска), даже в двух воронах на первом плане, которым достались случайно оброненные сушки. Самая удивительная и прекрасная примета времени в картине — играющие дети, послевоенные дети, рожденные для счастья, для мира без войны. Когда-то огромное количество детей во дворах было настоящим, теперь — прошлое, осталось лишь в воспоминаниях и статистике полувековой давности. Но у Крапошина-то всё — настоящее, реальное, осененное огромной гармошкой. И пусть она фантастическая, но музыка-то звучит настоящая, душевная. Под нее так хорошо детям — играть, а взрослым — пить пиво в спокойный летний день!

Читайте о художнике на AI: «Персона недели: Виктор Крапошин».

Сергей Максютин. Вода 19. Диптих. 2017

Поймать смысл воды, ее суть — это очень интересная задача для меня. Изменчивость, вибрация, бесконечность ритмических и иррациональных явлений — какой простор и свобода....

Вода — это другое прочтение пространства, другое измерение времени... другое состояние. Имеет единовременно много измерений и пространств.

Поверхность — реагирует на свет и цвет неба, окружающий лес, облака. Отражается целый мир, но в другом вибрирующем пространстве.

Другой слой — дно. Это песок, водоросли, рыбы, камни, затонувшие ветки... Другой мир, другая жизнь.

Течение воды, как и течение времени, меняется и остаётся постоянным.

Но вряд ли это решаемая задача... и это ещё интересней…

Я пишу долго, очень долго. Тугодум. Я хочу, чтобы мои работы с каждым новым взглядом на них вскрывали новые слои восприятия, не были однозначными. Поэтому я накладываю новые впечатления слой за слоем. Цветовая и чувственная природа должна выражаться даже на небольших участках холста, который нередко можно рассматривать как полную эмоций абстракцию... мне бы этого хотелось. Не знаю, получается ли... (Сергей Максютин).

В этом пейзаже, в котором преодолено тяготение, такая странная и чудесная субстанция, как вода, несет небо и землю не просто как отражение, но как образ единства. В простых сочетаниях неярких цветов ощущалось живое дыхание, движение и в то же время постоянство. Особенно это относится к воде.

Мои работы не должны обозначаться точными координатами, они не однозначны. Даже одно произведение, кажется, изменяет свою суть, если взглянуть на него несколько раз с небольшими перерывами. Цветовая и чувственная природа достаточно выражается даже на небольшом участке холста, который нередко можно рассматривать как полную эмоций абстракцию… Таким образом, подчас сама поверхность живописи может восприниматься абстрактно, самодостаточно определяя чувственную ткань произведения (Сергей Максютин).

Борис Марковников. Пространственно-ритмическая композиция. 2021

... Надо остановиться и вспомнить о художественной молитве.

Все мысли, страхи, предчувствия, гнев, сексуальность, все «хочу», «могу», «дайте», «возьмите» всплывают, становятся более явными, выстраиваются в комбинации. Иногда соотношения бывают парадоксальными. Иногда из глубины появляется нечто, что вызывает очень сильное потрясение и — переживание. Настолько сильное, что невозможно не попробовать воссоздать его в материале.

Погрузись со мной в переживание, и ты будешь моим другом.

Сопереживай мне!

Чем сильнее переживание, тем лучше оно связано, с одной стороны, с первичным импульсом, а с другой — с путем, по которому зритель распознает это переживание, проходя через множество трудностей, подобно тому, как рыба-самка мечет намного больше икринок, чем в состоянии оплодотворить самец, а мальков появляется и того меньше.

Для меня «переживание» не только чувственная категория, вместе с ним приходит знание... (Борис Марковников, 1997 год, markovnikov.ru).

Становление художника Бориса Марковникова пришлось на годы перестройки, в то время художник обратился к абстрактному способу выражения… много экспериментировал с формой и материалом, создавал инсталляции. В начале 2000-х нашел свой метод работы с полотном — граттаж. Борис Марковников наносит до 15 слоев масла, а затем процарапывает их, погружаясь внутрь слоев, подобно археологу в поиске связи времен.

Процарапывание для художника является не просто расчищением поверхности холста, но и своеобразным ритуалом в поисках света, исследования его движения и оптики, наведения резкости не только на объекты вовне, но и внутрь сознания как автора, так и зрителя.

Исследование пространства, света и цвета, природы материала у Марковникова имеет глубоко личностный характер: работа художника становится в подлинном смысле трудом — напряженным духовным переживанием, направленным на переосмысление архетипов человеческого и сверхчеловеческого божественного начала, переплетение индивидуального и общего опыта. Непростота этого проекта имеет принципиальный характер, в том числе на уровне техники: метода процарапывания, к которому часто обращается художник (Никита Махов).

«Мои нефигуративные работы — это закодированные поля, несущие в себе информацию: цветовую, ритмическую, пространственную, температурную и даже музыкальную», — говорит художник.

Строгая и лаконичная палитра «Пространственно-ритмической композиции» (2021) строится на черно-белых контрастах. Всю плоскость холста занимает изображение черных прямоугольных линий; некоторые из них пересекаются в произвольном порядке, образуя связи, тогда как другие одиноко пребывают в пространстве, лишь обозначая движение друг к другу. Эта замысловатая конфигурация из ритмично повторяющихся геометрических элементов вызывает ассоциации с супрематическими композициями Малевича и его последователей, стремившихся за счет абстрагированных форм выйти в четвертое измерение, порвав всяческую связь с предметным миром.

Полотну Марковникова свойственна сложная организация пространства: на светлом фоне видны тени фигур первого плана, которые взаимодействуют друг с другом и с фигурами первого плана. Таким образом, художник создает по сути две параллельные друг другу и самодостаточные геометрические композиции, имеющие каждая свою ритмическую структуру. Полупрозрачная дымчатая живописная поверхность полотна излучает свет, растворяющий контуры объектов, изображенных на фоне (Мария Беликова).

Знак на обороте картины указывает, как рассказал AI Борис Марковников, что работу можно поворачивать и вешать в ориентации, наиболее органичной владельцу.

Андрей Марц. Антилопа гну

Отточить образ до символа, найти для каждого зверя его пластическую формулу можно лишь при хорошем знании натуры. Художник-анималист должен попытаться понять сущность животного, не очеловечивая его. Мне дорого само животное, характерность того или иного вида. Когда мне удается это передать — создаваемый мною образ становится, как мне кажется, более убедительным и органичным (Андрей Марц, marz12.narod.ru).

Андрей Марц обладал редким даром воплощать в изображениях животных, зачастую камерных, масштаб огромного культурного пространства. Его острое, цепкое видение, подпитанное раскованным воображением и тонким чувствованием возможностей скульптурного материала, соединяло непосредственные реальные впечатления с глубокими познаниями истории мировой анималистики — от первобытных памятников и искусства кельтов до образов, знаков и символов, созданных изобразительной традицией народов Ближнего и Дальнего Востока, Китая, Индии и Северной Африки.

Так возникала новая скульптурная «живность», очень выразительная по формотворческим решениям, сочная по лепке характеров, живущая по каким-то своим особым законам, созданным для нее одним из тишайших созерцателей природы, скульптором Андреем Марцем. Жирафы, похожие на ажурные затейливые башенные конструкции, антилопы, чьи полетные грации изящно подчеркнуты остроумным кроем объема из единого медного листа, носороги с монументальными панцирными телами, уподобленными доспехам средневековых рыцарей, рыбы, словно вылепленные по неведомым древним магическим рецептам, разнообразнейшие птицы, то танцующие, то хлопочущие по своим «житейским» надобностям, то трагически надломленные, в литьевой лепке которых угадываются следы экологических катастроф...

… Образы животных — лиричные и трагикомичные, монументальные и игровые, архетипные и конструктивно-декоративные — все они были отмечены печатью таланта их создателя и неповторимой марцевской любовью к жизни (Л. Ю. Исаева, artmuseumtomsk.ru).

Творчество Андрея Марца, по общему признанию, совершенно особое, уникальное явление в современном анималистическом искусстве. Его работы, острые и точные по образному решению, поражают неожиданностью и декоративностью, остроумными находками в использовании свойств материала, современностью пластического мышления. А между тем Марц — убежденный наследник классической школы отечественной пластики, считающий ее основой, опорой для искусства современного с его подчеркнутым вниманием к форме.

Что касается скульптурного материала, то Марц сделал свой выбор в самом начале творческого пути, раз навсегда определив для себя металл как наиболее подходящий для реализации его пластических замыслов. Металл — подлинная стихия Марца. Не знающий аналогов оригинальный метод мастера, изобретенный им способ металлического отлива с введением проволоки, сочетание плотных масс и сквозных ажурных конструкций, контраст объемов и пустот позволили Марцу создать свой собственный, ставший уже классическим канон, безукоризненно работающий через раскрытие свойств материала на образ, характер изображаемого животного (Марина Юргенс, ГТГ, marz12.narod.ru).

Андрей Марц принадлежит к числу выдающихся скульпторов-анималистов. В его творчестве счастливо соединились качества скульптора, мыслящего пластическими формами, органично чувствующего выразительность и физические возможности материала, обладающего остроумной изобретательностью в решении задач, и человека, очарованного бесконечным многообразием живого мира, не устающим удивляться перед гением Творца…. (gallerynazarov.ru).

Андрей Мунц. Король прогуливается в любую погоду. 2020

Я пытаюсь ощутить себя свободным художником, не ограниченным какими-либо долгосрочными установками, связанными с тем или иным направлением в искусстве. Для меня важен поиск. Я стараюсь быть открытым миру, открытым новым идеям (Андрей Мунц).

Свободная импровизация, выражение накопившихся впечатлений и эмоций составляет основу живописных произведений Андрея Мунца. Будучи в том числе архитектором и педагогом, Мунц остро чувствует сковывающие рамки рационального искусства. Поэтому столь ценна для него возможность самовыражения, которую дает живопись, не привязанная к натуре, когда между художником и рождающимся произведением не существует никаких образов реального мира.

<…> В картинах Андрея Мунца всегда заложена возможность различного толкования. Зритель вовлекается в творческий процесс, домысливая картину в направлении, подсказанном художником. Зритель, как и сам художник, улавливает в красочной стихии архетипические образы (Юлия Волгина, кандидат искусствоведения).

Как бы ни был логичен и последователен окружающий нас мир, наполненный завершенными формами предметов, он все равно живет по законам содержания. Художники-реалисты, последовательно и скрупулезно описывая форму за формой и взаимодействия их в пространстве, транслируют свои личные переживания и размышления, связанные с изображаемым.

Андрей Мунц является чистейшим образцом художника поэтического сознания. В его мышлении разрушена эта последовательность и внешняя логика, в нем, как будто, и нет событий. Событием становится само чувство, эмоции. Поводом для их возникновения становятся цвет, цвета, их взаимодействия друг с другом, линии, по которым следуют цвета, и, самое главное, их движения в, казалось бы, ограниченном двухмерном пространстве холста. Причем движения цветов и линий полностью зависят от физических действий руки и кисти самого художника и скорости их воплощения. Движение, как и пространство, взаимосвязано со временем, и вот здесь Андрей Мунц полностью оказывается в своей стихии. Он работает много и быстро, на холстах больших и не очень, каждый раз доверяя спонтанно возникающим движениям, чувствам и ритмам.

И как результат зрительского взаимодействия с работами Мунца, это палитра ощущений — часто взрыва эмоций или радостного, иногда тревожного возбуждения, веселости и азарта, очень редко сбалансированного покоя (Наталья Сопова).

Наталия Турнова. Мераб Мамардашвили. 2007

Не представляю себе философию без рыцарей чести и человеческого достоинства. Всё остальное — слова (Мераб Мамардашвили, vk.com).

Выразительное, с крупными чертами лицо философа Мераба Константиновича Мамардашвили на холсте Наталии Турновой обретает новое звучание, как будто каждый чистый цвет, который использует художник, — это дополнительная краска к психологическому портрету. Зритель видит в этой работе и живопись, и портрет глубокого, незаурядного человека, который когда-то написал: «Мы живы в той мере, в какой оживляем других».

***

По опыту я ощущала, что человека всегда интересует человек. А жанр портрета, как нам его преподносили в 1970–90-х, оставался достаточно традиционным, реалистическим. И если ты выходил за эти пределы, то уже обращал на себя внимание. Мне было интересно поработать с традиционным портретом, чтобы он оставался живописью, но превращался во что-либо другое. Если ты брал образ известного человека, устоявшийся не только в визуальном, но и в этическом отношении, и выполнял в нетрадиционной для того времени манере, это воспринималось по-другому и понималось как живопись, а не как изображение писателя или вождя (Наталия Турнова).

Наталия Турнова — яркая фигура современной отечественной художественной сцены. Свои работы она называет не портретами, а «обобщенными образами состояний или переживаний, внутреннего движения и выражения человеческих эмоций». Характерные черты ее художественного почерка — монументальный формат работ, лаконичность форм, а также использование открытого насыщенного цвета, через который реализуется смысловая и эмоциональная нагрузка. По тому значению, какое имеет для художницы цвет, она сопоставима, пожалуй, лишь с экспрессионистами, с которыми ее особенно роднит стремление к передаче внутреннего состояния.

Произведения Турновой явственно свидетельствуют о том, что она в высшей степени созерцательный художник, который дает философское и художественное осмысление экзистенциальным проблемам. И не случайно художницу привлек образ знаменитого отечественного философа Мераба Мамардашвили, который был не только кабинетным ученым, но и известным просветителем: его лекции, прочитанные в 1970–80-е для широкой аудитории зрителей, стали ярким феноменом позднесоветской духовной жизни (Мария Беликова).

Портрет — жанр, который Турнова предпочитает многим другим. Ее интересует не портрет конкретного человека, а скорее, портрет какого-то социального явления или чувства, переживания. Лицо человека в большинстве случаев предстает в виде овального пятна, обозначенного цветом, где цвет — это синоним психологичности, сложности эмоционального переживания. Отсюда рождается ощущение новой реальности. «Мне лично человеческое лицо наиболее интересно, — говорит художник. — Это очень пластичный материал, при помощи которого можно показать очень многое. Поэтому для меня портрет — благодатная почва, если уметь ей пользоваться. Не могу сказать, что я это умею, но пытаюсь» (artinvestment.ru).

Рудольф Хачатрян. Двуединство. Игра с солнечным зайчиком. 1991

Рудольф Хачатрян — один из тех художников, чей талант развился на основе классического искусства и, естественно, благодаря его исключительной природной одарённости. Его отличает своеобразный образ мышления и манера речи, это человек, связанный корнями со своим прошлым и, в частности, с эпохой Возрождения, в то же время вполне современный. Хачатрян — своего рода мост между прошлым и современным.

Изображая на протяжении всей жизни «живых, реальных» героев и персонажей, художник, наконец, попытался помимо прочего найти вечную формулу человека-существа, человека-таинства, загадки (Рипсиме Варданян, armmuseum.ru).

«Простая чёткая линия в рисунках Хачатряна превращается в универсальное средство, с помощью которого он способен выразить богатство окружающего мира, тончайшие оттенки человеческих чувств», — писал историк искусства Савва Ямщиков.

В творчестве Хачатряна выделяют несколько периодов — совершенно самостоятельных, но не просто тесно связанных, а совершенно невозможных один без другого. Это и «леонардовский» период классического рисунка, и работа в уникальной авторской технологии рисунка на левкасе, и периоды многомерных объектов и метаморфоз.

В начале 1980-х годов Хачатрян освоил новую для себя изобразительную технику — рисунок на левкасе, с которым у него связан новый этап творчества. «Левкас поразительно расширяет возможности рисунка. Рисунок перестает выглядеть графикой в обычном смысле этого слова. Он становится трехмерным благодаря свойствам левкаса как светоносной стихии. <...> Рисунок на левкасе Рудольфа Хачатряна — сепия или сангина, — монохромный по существу, производит неожиданное впечатление полихромности. Это происходит потому, что белоснежный левкас светится изнутри, свет мерцает, переливается между штрихами, играет чудесную роль — как бы уводит зрителя в пещеру, где Аладдин из “Тысячи и одной ночи» обрел многоцветные богатства», — писал о работах Хачатряна поэт Арсений Тарковский (nashasreda.ru).

Работа «Игра с солнечным зайчиком» (1991) относится к периоду и одноименной серии «Двуединство».

***

Начало своего будущего двуединого образа художник наиболее ярко разглядел именно в образе материнства. Это и понятно: ведь именно мать естественно и вечно готова к удвоению, это она носит в себе второго, другого маленького человечка, который, выйдя из глубин ее тела, долго, порой всю жизнь, остается связанным с ней. Рудольф Хачатрян рисует мать с младенцем, эту извечную тему в искусстве, и постепенно младенец становится частью матери, но так естественно, что ты даже не задаешься вопросом, как это произошло. С первого взгляда кажется, что мать прижимает ребенка к груди, но потом осознаешь, что тельце ребенка – это половина тела матери, его личико входит в структуру материнского лица, а его маленькая нога становится одной из ног матери. Просто художник так расположил фигуры, что никакого несоответствия не ощущается. Но если в образах «мать и дитя» такое слияние вроде бы естественно и понятно, то Хачатрян идет дальше: сходный ребенок оказывается в любом человеке. Так исконная двойственность материнства помогла Рудольфу открыть младенца в каждом из нас.

Что же дает двуединый образ, созданный Рудольфом Хачатряном? Прежде всего, с его помощью художник передает одновременно два состояния одного человека. Но вместе с тем здесь происходит и наложение двух времен, как мы нередко видим в наскальной живописи, — ведь ребенок это знак прошлого, воспоминания.

Двуединые персонажи Рудольфа Хачатряна рождаются в результате пластических и живописных приемов: линия носа «естественно» делит лицо на большую и малую части, большая рука естественно ложится на подставку, а малость ноги ребенка необходима, чтобы придать сидящей фигуре монументальность — большая, соразмерная правой нога нарушила бы пластическую целостность всей композиции.

Как и всегда на изображениях материнства, даже вне влияния прообраза Богоматери, ребенок мыслится мальчиком. Хачатрян же наделяет малую половину двуединого тела маленькой грудью, но «ребенок», тем не менее, не воспринимается как существо женского пола. Вообще тема андрогинизма в работах Рудольфа Хачатряна присутствует не всегда явно и всегда ненавязчиво. Сдвоенность пола его персонажа скорее угадывается. Так в каждом из нас Рудольф Хачатрян разглядел не только затаившегося ребенка, но и существо противоположного пола» (Левон Абрамян, этнограф, исследователь фольклора, антрополог).

Анатолий Чечик. Нарисуй меня красивой. 2016

Я хочу узнать тайну, скрывающуюся на границе света и тьмы.

Я видел море в штиль на восходе солнца и белую лошадь в тумане на косогоре у Ферапонтова монастыря (Анатолий Чечик).

Анатолий Чечик — художник, сценограф, режиссер. Живописные произведения Чечика характеризуются выраженной театральностью образов и наполнены явными или скрытыми отсылками к истории мирового искусства, которую автор воспринимает как единое пространство человеческой культуры. В творчестве художника можно найти оригинальные интерпретации известных сюжетов, а среди наиболее частых мотивов, встречающихся в его произведениях, особенно выделяются античные мифы и библейские истории.

Полотно «Нарисуй меня красивой» (2016) входит в серию работ Leporello, составивших одноименный выставочный проект, показанный во всей красоте и роскоши в Бахрушинском музее в 2016-м. Художник выступил с идей нового жанра, обозначенного в подзаголовке выставки как «пьеса в живописи». Лепорелло — термин филокартии, обозначающий набор открыток, где изображения, прикрепленные друг к другу длинными сторонами, образуют «гармошку». Этимология термина восходит к опере В.-А. Моцарта «Дон Жуан», к той сцене, где слуга Дон Жуана по имени Лепорелло демонстрирует внушительный список любовных побед своего хозяина, разворачивая его через всю сцену (achechik.com).

Чечик создал цикл картин, на котором изображены женщины, вдохновлявшие прославленных живописцев разных эпох. Так, художник переосмысливает женские образы с известных полотен Рубенса, Буше, Курбе, Гогена, Модильяни, Климта, Тулуз-Лотрека, Дега, Пикассо, Шиле, Серова, Брюллова и других авторов. К каждой работе Чечик подбирает броскую фразу, которая характеризует атмосферу в мастерской, где могли бы создаваться эти картины. Холст «Нарисуй меня красивой» (2016) отсылает к картине Энгра «Большая одалиска» (1814).

Фантазируя на тему гипотетической обстановки создания портрета, автор погружается в историю личных взаимоотношений художника и его модели, подчеркивая, что за каждым шедевром стоит своя история (Мария Беликова).

Творчество А. Чечика вполне вписывается в рамки и трансавангарда, с его новым культивированием высокого ремесла, и иронического постмодернизма, способного эксплуатировать давно открытое. Явное ощущение дуализма мира делает философскую основу его живописи схожей с символистской, а порывистость и звучность колорита, фактурность мазка и интенсивность переживания — с экспрессионистской. Впрочем тщетны поиски прямых параллелей, следует говорить скорее о духовных истоках, художественном опыте, вобравшем в себя различные культурные слои (Нина Геташвили, achechik.com).

Дмитрий Шорин. Тесла. 2018

«Дмитрий Шорин из тех художников, которые, один раз найдя тему в искусстве, разрабатывают её годами. Такой темой стал для Шорина утрированный и пикантный образ “девушки мечты”, навеянный рекламой и популярным кинематографом».

«Шорин разговаривает со зрителем привычным языком билбордов и первых полос глянцевых журналов, повествующих о существовании солнечных островов, где млеют, поглощая мороженое и обливаясь духами, какие-то неземные женщины. Возможно, по этой причине Дмитрия Шорина называют “зеркалом молодого российского общества потребления”».

«Искусствовед Александр Боровский подметил своеобразный реализм Шорина, противопоставив его рекламе, призванной изображать идеальное и недостижимое. По мысли критика, девушка с работ Шорина находится по нашу сторону экрана, а пространство картины позволяет заглянуть в ее нехитрые грезы, навеянные кинематографом и рекламой».

«Картины Дмитрия Шорина узнаваемы благодаря созданному им образу современной девушки, который балансирует между изяществом и вульгарностью. Манера написания также своеобразна: реалистичный минимализм соседствует с яркими и порой насмешливыми метафорами» (shakko.ru).

Образы девушки с билборда и молнии, бьющей из грозовой тучи, вызывают в памяти, пожалуй, одно из самых сильных противопоставлений мировой литературы: «Волна и камень, / Стихи и проза, лед и пламень / Не столь различны меж собой» (А. С. Пушкин). А название работы, очевидно, еще более озадачит представителей «молодого российского общества потребления». Но может быть, кто-нибудь из них наберет в поисковике «Тесла» и прочитает о гениальном физике, одной из самых загадочных фигур ХХ века. Дмитрий Шорин создает, по сути, образ человеческого общества, где во все века простенькие мечты одних соседствуют с дерзкими стремлениями других. «Глянцевая» девушка — образ дня сегодняшнего и воплощение его желаний. Холст декоративен и гармоничен, он не сверкает яркими красками, палитра его сдержанна, а ирония, вообще присущая работам художника, пожалуй, уже балансирует на грани сарказма.

Татьяна Ян. Пленный дак. 2018

Татьяна Ян отталкивается в своем творчестве от эстетики древних росписей разновременных исторических эпох (античных, раннехристианских, византийских, древнерусских) и создает станковые произведения, в которых звучит живой диалог традиций прошлого с современностью.

Античная эпоха — неиссякаемый источник вдохновения для художницы, ее личный золотой век, дух которого она стремилась уловить и передать в монументальных фрагментах росписей, скульптуры и барельефов серии «Боги, люди и герои».

«Античность безнадежно отдалена от нас, — пишет художник. — Доступно глазу лишь живописное собрание артефактов: фрагменты, части, утраты, гипотезы и реконструкции. Сегодня возможна лишь встреча с ней как “через мутное стекло”, которую вернее назвать переживанием, вслушиванием, мечтой об утраченной гармонии. Пожалуй, это самое важное для меня в античности, ее главный урок — величие минуты жизни человека, ее равновеликость космосу, которое несомненно знали мастера античности. Оттого-то то мгновение и длится тысячелетия, не угасая и сегодня. И порой, чем значительнее утраты целого, тем важнее для нас фрагменты, говорящие с нами сквозь глубокую тишину иного» (cultobzor.ru).

Ян в укрупненном формате исследует изображение головы античной статуи молодого юноши — воображаемый фрагмент произведения далеко ушедшей эпохи Художник акцентирует все следы, оставленные на статуе прошедшими тысячелетиями, — трещины, потертости и сколы на мраморной поверхности лица юноши, которое, несмотря на разрушающую силу времени, сохранило свой гармоничный и притягательный облик. Строгая черно-белая гамма произведения дополняет идейную основу всей серии: нам не дано в полной мере узреть все величие ушедших эпох, но мы можем ощутить их присутствие в настоящем через созерцание отдельных осколков прошлого — реальных или воображаемых, что мы наблюдаем в работах Ян, в творчестве которой продолжает жить античная эстетика (Мария Беликова).

Юноша в работе Татьяны Ян — пленный дак. Даки были прекрасными воинами, вели кровопролитные войны с Римом. По некоторым гипотезам, название даков происходит от наименования волка. Даки связывали понятия волка и войны: на их знаменах было изображение волка. Художник рисует только фрагмент лица, но и в нем ясно читается страдание и тоска, в которых смешиваются поражение в битве и незавидное будущее пленника Рима.

Желаем удачи на юбилейном, 100-м аукционе «21-й век. Современное российское искусство»!


Постоянный адрес статьи:
https://artinvestment.ru/invest/xxicentury/20220124_auctionAI_XXI.html
https://artinvestment.ru/en/invest/xxicentury/20220124_auctionAI_XXI.html

При цитировании ссылка на https://artinvestment.ru обязательна

Внимание! Все материалы сайта и базы данных аукционных результатов ARTinvestment.RU, включая иллюстрированные справочные сведение о проданных на аукционах произведениях, предназначены для использования исключительно в информационных, научных, учебных и культурных целях в соответствии со ст. 1274 ГК РФ. Использование в коммерческих целях или с нарушением правил, установленных ГК РФ, не допускается. ARTinvestment.RU не отвечает за содержание материалов, представленных третьими лицами. В случае нарушения прав третьих лиц, администрация сайта оставляет за собой право удалить их с сайта и из базы данных на основании обращения уполномоченного органа.


  • 02.05.2022 Анастасия Глебова: «Я отвечаю за красоту» Анастасия Глебова — сценограф, живописец, режиссер, главный художник Театра Российской Армии. Она работает со многими постановщиками, экспонируется, учится, познает новое, меняется и хранит традиции
  • 25.04.2022 Открыт 113-й аукцион «21-й век. Современное российское искусство» В каталоге — произведения Сергея Бордачёва, Галины Быстрицкой, Дмитрия Воронина, Алексея Гинтовта, Димы Горячкина, Дениса Егельского, Николая Жатова, Натальи Захаровой, Игоря Кислицына, Бориса Марковникова, Владимира Мартиросова, Андрея Медведева, Pata (Пааты Мерабишвили)
  • 18.04.2022 Открыт 112-й аукцион «21-й век. Современное российское искусство» В каталоге — произведения Рубена Апресяна, Алексея Барвенко, Андрея Бисти, Тимофея Бычкова, Анатолия Горяинова, Владимира Грига, Дубосарского и Виноградова, Германа Егошина, Александра Захарова, Евгения Зевина, Игоря Кислицына, Александра Савко, Елены Щепетовой
  • 11.04.2022 Открыт 111-й аукцион «21-й век. Современное российское искусство» В каталоге — произведения Ивана Акимова, Анелии Алиповой, Нисо Атахановой, Константина Батынкова, Инны Бельтюковой, Марины Венедиктовой, Михаила Дронова, Юлии Картошкиной, Александра Кацалапа, Андрея Орлова, Андрея (Дюди) Сарабьянова, Игоря Снегура, Елены Фокиной
  • 04.04.2022 Открыт 110-й аукцион «21-й век. Современное российское искусство» В каталоге — произведения Дмитрия Воронина, Сергея Кривцова, Александра Курилова, Сергея Максютина, Бориса Марковникова, Андрея Марца, Андрея Медведева, Pata (Пааты Мерабишвили), Валерия Мишина, Андрея Мунца, Анатолия Пурлика, Леонида Ракова, Натальи Турновой
Индексы арт-рынка ARTIMX
Индекс
Дата
Знач.
Изм.
ARTIMX
13/07
1502.83
+4,31%
ARTIMX-RUS
13/07
1502.83
+4,31%
Показать:

Топ 29

Узнайте первым об открытии аукциона!

На этом сайте используются cookie, может вестись сбор данных об IP-адресах и местоположении пользователей. Продолжив работу с этим сайтом, вы подтверждаете свое согласие на обработку персональных данных в соответствии с законом N 152-ФЗ «О персональных данных» и «Политикой ООО «АртИн» в отношении обработки персональных данных».
Наверх