Анастасия Дегтярева о выставке русского авангарда из собрания Sepherot Foundation
ARTinvestment.RU   11 сентября 2012

Фонд Sepherot за два года своего существования принял участие в выставках ведущих российских и зарубежных музеев и галерей. Последний грандиозный проект на базе коллекции Фонда – выставка Чашника, Малевича и Суетина в Третьяковке

Впервые название Sepherot Foundation прозвучало в 2010 году. Таинственный фонд, зарегистрированный в Лихтенштейне, включился в работу с выставки русской портретной миниатюры XVII—XIX веков в Историческом музее. За два года «Сеферот»  успел показать коллекцию фоторабот Александра Родченко и поучаствовать отдельными своими работами в целом ряде важных проектов. А осенью 2012-го планку подняли на предельную высоту. 6 сентября в Третьяковской галерее открылась выставка "…Нас будет трое…" — графика и живопись Казимира Малевича, Ильи Чашника, Николая Суетина.  Русский авангард, особенно супрематические работы  – это высшая лига в коллекционировании, требующая максимальной компетенции, опыта и мощных финансовых  ресурсов. О выставке и о ее таинственном устроителе ARTinvestment.RU расспросил Анастасию Дегтяреву, представителя  фонда Sepherot Foundation в России.

ARTinvestment.RU: Фонд провел ряд значимых выставок, заработал хорошую репутацию, поэтому тем более удивительно, что не называются имена учредителей. Чем это вызвано?

Анастасия Дегтярева: В том, что основатели фонда не ищут публичности, нет ничего удивительного. Достаточно разобраться в организационной структуре  фонда как юридического лица и определить цели и задачи его создания. Фонды, как правило, вне зависимости от их юрисдикции, это инструмент позволяющий решить огромный круг задач: работающие в сфере искусства, они позволяют минимизировать риски которые могут возникнуть, например,   при перемещении ценностей через границу, в вопросах налогообложения, таможни, наследования. Такая форма объединения коллекции значительно упрощает работу с музеями.

У фондов, в отличие от других юридических лиц, нет учредителей  в привычном смысле слова, т.е. люди, основавшие Фонд, не являются собственниками его активов или не участвуют в его управлении.

В качестве управляющего органа выступает совет директоров, который осуществляет фактическое руководство Фондом. Директор фонда - Питер Марксер. Есть экспертный совет, состоящий из специалистов в области реставрации, атрибуции предметов искусства, директоров музеев, который помогает директорам Фонда принимать компетентные решения. И есть попечительский совет – компании и физические лица, которым не безразличен колоссальный вклад русской школы в историю мирового искусства. Они финансово поддерживают работу Фонда, то есть дают возможность приобретать новые произведения, организовывать издания каталогов, выставки. Все это имеет некоммерческую и, можно сказать, благотворительную форму. Цель – популяризация русского искусства и коллекционирование произведений русской школы, которые находятся за пределами России.

AI: Как долго работает Sepherot?  Когда он сформировался?

А.Д.: Фонд работает с 2010 года. Но думаю, что коллекции сами по себе формировались десятилетиями, задолго до основания Фонда.    

AI: Какое искусство попадает в поле зрения фонда? В частности, покупает ли он шестидесятников и современное искусство?

А.Д.: Фонд коллекционирует произведения русского искусства, созданные в интервале от XVII до конца XX века. Начиная с портретной миниатюры, чуть ли не первой светской живописи на Руси, и заканчивая современным искусством.  Если говорить о современной живописи, то в собрании фонда есть  Каллима, Гутов, Кулик, Майофис и др. Есть и шестидесятники - Свешников, Рогинский, Комар и Меламид, Булатов, Кабаков, Зверев, Яковлев и другие. В целом, мне кажется, перед Фондом стоит задача собрать своего рода «таблицу  Менделеева» в русском искусстве, где все элементы важны – от Брюллова, Малевича и до Альберта.  

AI: Ставит ли фонд Sepherot перед собой инвестиционные задачи?

А.Д.: Нет ни одного случая продажи произведений из коллекции Фонда, и не планируется. Фонд занимается только приобретением и пополнением коллекции. Кроме того, Фонд принципиально не предоставляет произведения из своего собрания на выставки, которые преследуют коммерческие цели. Кроме того  коллекция формально  максимально защищена, чтобы избежать факторов, способных разобщить ее, чтобы сохраниться и существовать во времени.

AI: Признаемся, очень необычная ситуация.

А.Д.: Необычно, потому что  пока непривычны для современного русского  человека  альтруистические задачи и принципы, положенные в основу деятельности таких организаций. 

AI: Понятно, когда Фонд создается как удобная структура для управления коллекцией, для роста ее капитализации, с прицелом на будущее. А в этом случае получается коллекция ради коллекции?

А.Д.: Фонд и удобная структура для управления, и возможность дать собранию жить. Очень жаль, что  Вам хочется увидеть в этом какой-то коммерческий подтекст. Фонд  делает прекрасные  проекты. Мне нравится, что есть возможность делать хорошие выставки для русского и европейского зрителя, и это несмотря на масштабные расходы на их проведение и риск для самих произведений в перемещении и экспонировании в таких разных музеях;  учитывая этот факт, хранение  на складе значительно менее затратный и рискованный образ работы с собранием.

AI: Ну нет. Выставки, да еще в таких правильных местах, как раз способствуют росту капитализации собрания.

А.Д.: Они скорее способствуют росту определенного статуса. Когда произведения видят несколько признанных в мире экспертов, и они отбираются для выставки в крупнейшем музее, который, как правило, еще и исследовательский и научный центр по работе с творчеством художников, предполагаемых к экспонированию, то значит, они прошли важный этап признания их качества и подлинности.

AI: Вот в этом виден конкретный смысл. А сколько всего работ в коллекции? И сколько будет представлено на выставке в Третьяковке.

А.Д.:  Сейчас собрание фонда насчитывает порядка 1500 работ. Из них примерно треть – произведения русского авангарда. На выставке в Третьяковской галерее будут показаны 104 работы. 

AI: Сколько времени занимает подготовка выставки класса «Нас будет трое»?

А.Д.: Это трудоемкий процесс, занимающий порядка полутора-двух лет. Он включает переговоры, работу экспертов с коллекцией, разработку концепции, работу над текстами каталога, подготовку произведений, в том случае, если какие-то из них требуют реставрации.

AI: Sepherot же делает выставки и за рубежом. С какими музеями проще сотрудничать: с русскими или европейскими?

А.Д.: Я русский человек – мне проще работать с русскими музеями. С точки зрения бюрократических процедур проще работать с европейскими музеями, да и просто с точки зрения менеджмента коллекции, которая находится в Европе. А в целом, очень много зависит от личности руководителя, который строит систему работы музея и задает ее энергетический ритм. И в России есть музеи, которые работают быстро и эффективно. Так, у меня был прекрасный опыт с Историческим музеем с выставкой портретной миниатюры. Сейчас мы хорошо работаем с Третьяковкой.

AI: У нас притча во языцех – это оформление временного ввоза. Структуры, не являющиеся государственными, по отзывам сталкиваются с большими сложностями. А как прошло у вас?

А.Д.: В России мы работаем только при условии музейной поддержки, потому что самостоятельно все делать катастрофически сложно. Произведения из собрания Фонда, конечно, привозят в Россию на условиях временного ввоза, специально для музейного проекта и, как правило, под государственные гарантии. Эти оформления – трудная работа, с которой могут справиться только музеи.

AI: Сложности какого характера обычно возникают?

А.Д.: Скорее абсурдного характера. У нас очень часто меняется законодательство, выходят новые акты, дополнения к предыдущим актам. Могут в процессе оформления документов  попросить привезти какую-то справку с гербовой печатью, которой еще не существует, просто потому что канцелярии, выдающей такую документацию, еще не создали. Поэтому, если  нет возможности опереться на плечо музея, то получается все очень неэффективно.

AI: Вообще, организация выставки – это чья инициатива? Музея или фонда? Обоюдной же инициативы не бывает.

А.Д.:  Бывает. Мы консультировались с экспертами из Третьяковки. Они знали о коллекции, о качестве произведений в ее составе. Вообще фонд ориентирован в своей деятельности на совместные с музеями проекты, отчасти это связано с отсутствием своей выставочной площадки.  Инициатива всегда происходит со стороны музеев. Иногда, если проект для Фонда значительный, а музей испытывает затруднения с финансированием,  мы готовы взять на себя часть расходов: на создание каталога, какую-то часть транспортных расходов или страховки. То есть, Фонд выступает партнером.

AI: Давайте подробнее поговорим о выставке «Нас будет трое». Имеют ли представленные на ней работы отношение к известной коллекции Льва Нусберга?

А.Д.: Архивы трех художников – Малевича, Чашника и Суетина – объединены на данный момент в одном собрании, потому что наследники всех троих были связаны семейными узами. Есть некоторые произведения, которые по нашим данным происходят из коллекции Нусберга. Но их предыстория – это коллекции Анны Лепорской и Нины Суетиной. То есть они происходят напрямую из семьи, из архивов всех трех художников.

AI: Кто делает Фонду экспертизу по авангарду?

А.Д.: Когда стоит вопрос о приобретении, Фонд старается получить многостороннюю экспертизу. Каждый раз создается экспертный пул: проводится химическая экспертиза, искусствоведческий анализ нескольких специалистов. Огромное значение имеет история бытования вещи, старые выставки, публикации.

АI: А непосредственно на фазе отбора работ для выставки кто из экспертов их смотрел?

А.Д.: Выставку проводит музей – Третьяковская галерея, а Sepherot лишь предоставляет произведения из своего собрания для экспонирования и является финансовым партнером в смысле покрытия расходов на организацию. Отбирает произведения, создает концепцию выставки, готовит тексты каталога непосредственно музей. Куратором данного проекта является Татьяна Горячева – известный эксперт и автор многих публикаций о Суетине, Чашнике, Малевиче. Она видела все собрание и концептуально формировала материал – отбирала произведения, которые предполагала показать на этой выставке. К сожалению, в связи с ограничениями в экспозиционных площадях, из ряда произведений, отобранных для выставки, удалось показать не все. Очень важно было так же экспертное мнение наследников художников, которые подтвердили подлинность коллекции и ее легальное происхождение.

AI: В чем идея проекта «Нас будет трое»?

А.Д.: Представленные работы показывают концептуальное развитие Малевича и его группы, иллюстрируют ее эволюцию в сторону супрематизма. В собрании фонда есть одна из важных живописных супрематических композиций Малевича – очень большая редкость, и ранние работы, которые относятся к его импрессионистическим опытам, тоже довольно редкие, и поздняя живопись, которая выполнена в реалистической манере. Практически выставка иллюстрирует целую эпоху. Рядом с Малевичем, часто по его заданию, ученики и соратники  разрабатывали по-своему его концепцию, видна динамика  развития творческих потенциалов всех троих и видны разные результаты, к которым они пришли.

 AI: Ух ты! Супрематическая живопись Малевича в частных руках – это огромная редкость. Расскажите про эту картину.

А.Д.: Это картина «Прямоугольник и круг», одно из полотен, которое во всей полноте отражает концептуально взгляды Малевича, его философию супрематзма. У этой работы потрясающая история: Малевич создал ее в 1915 году и привез ее для своей персональной выставки в Берлин в 1927 году. Вынужденный оставить свои произведения в Германии, художник передал их на временное хранение  директору  Провинциал-музеума в Ганновере – А. Дорнеру, который, скрываясь от нацизма, перевез коллекцию в 1938 году в Америку и завещал ее хранить в музее Бостона и вернуть в случае предъявления прав наследниками художника. Они и получили ее из рук музея в 1999 году и позднее продали на аукционе Sotheby’s.

AI: Вообще, чего такого есть у «Сеферот», чего нет у самой Третьяковки?

А.Д.: Произведений, которые можно заново ввести в научный оборот, крайне мало. И то, что существует фонд, в котором собраны такие предметы – это уже уникальное событие. Поэтому для музея  важно представить экспертному сообществу неизвестные до настоящего времени работы и дать возможность публике их увидеть. А свою супрематическую выставку Третьяковка еще будет делать.

AI: Помимо супрематической живописи Малевича какие еще ударные вещи вы бы отметили?

А.Д.: Из произведений Суетина одним из самых значительных произведений  является потрясающая живописная работа «Женщина с черной пилой». Она представляет собой более масштабное по формату развитие сюжета картины из собрания Русского музея и  признана экспертами, как очень важная в творчестве художника.

AI:  А раньше эти работы в выставках участвовали?

А.Д.: От фонда Sepherot, за редким исключением, эти произведения не экспонировались. А так, почти у каждой есть выставочная история. Большинство работ публика в России давно не видела.  Среди выставок, о которых можно вспомнить –  Malevich and the American Legacy, организованная в 2011 году галереей Ларри Гагосяна. На этой выставке была представлена живопись Малевича. Ранее графика Малевича участвовала в выставке Botin Foundation, посвященной идеям русского космизма.

AI: Традиционный вопрос о планах – какие будут следующие проекты Sepherot?

А.Д.: Среди русских музеев могу назвать Русский музей. Надеюсь, в будущем году Фонд поучаствует своими работами в выставке, посвященной творческому наследию Малевича. В 2014 году планируется очень значимая для собрания выставка в Музее Лихтенштейна, посвященная творчеству Ильи Чашника: она будет почти полностью сформирована на базе коллекции фонда, из которой покажут порядка 100 работ. Ближайшая выставка планируется в следующем году в Гамбурге. Она будет посвящена творчеству Александра Родченко. Среди экспонатов из собрания Фонда – графика, плакаты, фотографии и совершенно уникальная коллекция значков, изготовленных по эскизам художника.

AI: Планируется ли издание полного каталога собрания фонда Sepherot?

А.Д.:  Общего каталога-резоне собрания Фонда пока нет, но мы ведем подготовку отдельных его томов  при подготовке каталогов к выставкам. Сейчас вышел в печать каталог  Н.Суетина  в собрании Фонда и примерно через месяц будет издан каталог И.Чашника. Это длительный  процесс. Кроме того, различные направления коллекции продолжают формироваться, приобретаются  новые произведения, а каталогизация имеет  определенную печать завершенности.



Индексы арт-рынка ARTIMX
Индекс
Дата
Знач.
Изм.
ARTIMX
13/07
1502.83
+4,31%
ARTIMX-RUS
13/07
1502.83
+4,31%
Показать:

Топ 32

На этом сайте используются cookie, может вестись сбор данных об IP-адресах и местоположении пользователей. Продолжив работу с этим сайтом, вы подтверждаете свое согласие на обработку персональных данных в соответствии с законом N 152-ФЗ «О персональных данных» и «Политикой ЗАО «Сейф» в отношении обработки персональных данных».
Наверх