Русский рынок искусства: чем ответить на санкции
ARTinvestment.RU   09 августа 2017

Иллюзий, что санкции — это на год-два, больше нет. Вероятно, на десятилетие. А может, и не на одно. К тому же сформированный к настоящему моменту санкционный режим, скорее всего, будет периодически ужесточаться. Чтобы развиваться в новой реальности, требуется новый подход

Через три года после воссоединения с Крымом можно определенно сказать, что мы имеем непредсказуемо затяжной неблагоприятный внешний фон. «Западные партнеры» раз в квартал норовят ввести какой-нибудь новый пакет ограничений, направленных преимущественно против нефтегазового и финансового сектора. Но аукается всем. Объем продаж на внутреннем аукционном рынке живописи и графики в 2016 году сократился в три раза по сравнению с докризисным 2013-м (с $21 млн до $7 млн). Живительный ручеек от реки нефтедолларов, ранее худо-бедно дотекавший до внутреннего рынка искусства, сильно обмелел и перешел в режим капельного орошения.

Ясно, что нефтяники и госкомпании как-нибудь справятся. А чем нам отвечать на новый вызов? Как рынку искусства выбираться из сложившейся ситуации?

Выход обязательно должен быть.

И даже примерно понятно, что нужно делать. На отраслевом уровне есть давно притаившийся «засадный полк» — комплекс шагов, способных придать импульс придушенному рынку искусства. Все это давно известно, все это можно было давно сделать. Просто, как водится, в тучные времена руки не доходили. Например:

1. Снять ограничения для экспорта произведений современного искусства. Для всего, что младше 50 лет, а уж младше 20 лет и подавно. Чтобы люди могли отправлять современное искусство зарубежным покупателям без разрешений Минкульта и сбора издевательских справок об отсутствии культурной ценности. Фиксированная пошлина, чтоб не было злоупотреблений с завышенной оценкой, и — вперед. Внести поправки в закон о вывозе и ввозе второй год пытается Андрей Макаров. Но воз и ныне там. Людям, разбирающимся в теме рынка, давно понятно, что страшилки, тиражируемые номенклатурой от культуры, что «вывезут национальное достояние», давно уже анахронизм (хоть бы примеры привели что ли). Начнут больше вывозить шестидесятников и актуальщиков? Радоваться надо. Как здоровому процессу экспорта культуры. Ничего плохого. К слову, если бы Малевич не вывез бы в свое время часть своих вещей в Германию, не факт, что мир узнал бы вовремя об идеях супрематизма.

2. Создать благоприятные выставочные условия для художников, особенно молодых. Где им сегодня выставляться? Что пришло на замену убитым властями «Худграфам», «Арт-Манежам» и прочим проектам? А после того, как замена появится, нужно еще думать, как сделать так, чтобы публика узнала и пришла на будущие выставочные площадки. Просто объявить о выставках и ярмарках — недостаточно. Нужно, чтобы было с комфортом, с парковкой, с рекламой. Сейчас же выставочное поле доведено до состояния пустыни с очень редкими оазисами. И отнюдь не Обама с Трампом сделали это с ныне живущими художниками.

3. В ручном режиме возвращать моду на культуру, на искусство, на коллекционирование. Тут многое уже делается, но работы все еще — непаханое поле. Хорошо, что открываются частные музеи. Хорошо, что выстраивается очередь на Серова, после визита Путина. Хорошо, но недостаточно. Государству не составило бы труда подать однозначный сигнал, что изобразительно искусство страны — наша гордость. В какой угодно форме. Начнут высокие лица и их жены регулярно появляться на вернисажах и ярмарках — и дело само пойдет, вот увидите.

4. Наращивать зарубежную выставочную программу русского искусства. Этого точно за нас никто не сделает. Если регулярно и широко не показывать русское искусство (в том числе и современное) в мире, то интересу к нему взяться будет особо неоткуда. А продолжим замыкаться внутри страны — в один прекрасный день получим подтверждение версии Авена о природе вторичности русского искусства да рассуждений, почему это наши актуальщики так и не стали мировыми звездами.

5. На государственном уровне помогать русским художникам и частным институциям участвовать в зарубежных проектах. Максимально «зеленый свет» и минимум бюрократических препон — это само собой. Но этого мало. Возможно, пора обсуждать формы софинансирования участия в зарубежных выставках (частные инициативы подкреплять деньгам государства). Конечно, сегодня такое сложно себе представить. Но совсем не удивлюсь, если именно такая практика в будущем окажется одной из самых эффективных форм поддержки экспорта культуры.

Это не исчерпывающий перечень мер. В ситуации «санкции — надолго» можно было бы, например, вернуться и к вопросу о публичной продаже неиспользуемой части музейных фондов — реализовать с торгов и вернуть в рыночный оборот часть реквизированного после революции имущества, похороненного на сто лет в хранилищах. Тут, конечно, есть свои риски (коррупционные и политические), но их можно минимизировать.

Все выглядит на первый взгляд посильно. Но, увы, на пути развития рынка искусства стоят препятствия куда более серьезные. Дело в том, что все перечисленные меры будут действенны не отдельно сами по себе, а только в контексте комплексного улучшения делового климата. Можно делать все правильно, последовательно накачивать внутренний и экспортный потенциал русского искусства… Но если у людей, у коллекционеров не будет денег, а бизнес в стране будет «лежать» и «выживать», то все будет бессмысленно. Искусство нигде на последние деньги не покупают. Продажи могут начаться только в условиях делового подъема, когда появляется поток свободных средств.

Спросите, откуда ж этому подъему взяться под санкциями? Бизнес везде прагматичен. Он ищет прибыли, а не улыбок политиков. Если в какой-то стране появляется возможность хорошо зарабатывать деньги, то к санкциям бизнес подстроится — и зарубежный, и какой угодно (посмотрите на тот же Крым, где все уже придумали, как работать). Нужно лишь создать правильные условия. А это не только предсказуемые и лучше бы низкие налоги. И не только политическая стабильность, основанная на регулярной сменяемости власти. Бизнесу важны в первую очередь защита собственности и адекватная судебная система. Чтоб по крайней мере не было риска попасть под каток высоких интересов в стиле ЦДХ.

И, как видим, все эти вопросы находятся далеко не в компетенции Трампа и недовольного заморского Конгресса. Чтобы зажить по-человечески, придется вставать самим.



  • 15.02.2019 Аукцион антикварных открыток № 5 21 февраля 2019 года аукционный дом «Русская эмаль» проводит очередные филокартические торги, в коллекцию которых вошло без малого 350 лотов
  • 15.02.2019 В Литфонде только редкости… 21 февраля Аукционный дом «Литфонд» проведет очередной аукцион, на который выставлено 400 лотов редких книг, автографов, рукописей, исторических бумаг, фотографий, открыток, плакатов
  • 15.02.2019 Результаты AI Аукциона № 265 Продали 55 %. Покупали Москва, Пермь, Екатеринбург, Владивосток, Иркутск
  • 13.02.2019 От Репина и Кустодиева до Зверева и Бахчаняна 14 февраля аукционный дом «Литфонд» проведет торги живописи, графики и декоративно-прикладного искусства. В каталоге аукциона 257 лотов XIX — начала XXI века
  • 12.02.2019 Открыты 265-е торги AI Аукциона Традиционные двадцать лотов — это одиннадцать живописных работ, пять листов оригинальной и два — печатной графики и две композиции, выполненные в смешанной технике
Индексы арт-рынка ARTIMX
Индекс
Дата
Знач.
Изм.
ARTIMX
13/07
1502.83
+4,31%
ARTIMX-RUS
13/07
1502.83
+4,31%
Показать:

Топ 27

На этом сайте используются cookie, может вестись сбор данных об IP-адресах и местоположении пользователей. Продолжив работу с этим сайтом, вы подтверждаете свое согласие на обработку персональных данных в соответствии с законом N 152-ФЗ «О персональных данных» и «Политикой ЗАО «Сейф» в отношении обработки персональных данных».
Наверх