СОВРЕМЕННОЕ РОССИЙСКОЕ ИСКУССТВО

Галерея 21-й век ARTinvestment.RU

  • Ваулин
  • Воуба
  • Захаров
  • Корсакова
  • Мерабишвили

Художник недели: Эрик Булатов
ARTinvestment.RU   22 февраля 2021

История, ценовые и маркетинговые показатели художника Эрика Владимировича Булатова, который всегда ищет свободы — в искусстве, в стране и за пределами того и другого

Родился в 1933

Направление: неофициальное искусство

Вид искусства: живопись, графика

Жизнь и творчество

Эрик Булатов — легенда современного российского искусства. Его имя связывают с возникновением на отечественной художественной сцене течений соц-арта, поп-арта и концептуализма, однако творческая практика Булатова к этим направлениям не сводится и ими не ограничивается. В отличие от последователей первых двух направлений, живописец далек от игрового отношения к социальной реальности, и никогда не отказывается от материального объекта своего искусства, как это делают художники, принадлежащие к последнему. Булатов встал у истоков новой картины — картины, выходящей за пределы своих живописных качеств и вещественности, апеллирующей напрямую к сознанию зрителя и конкретике его культурной топографии, картины, указывающей путь к свободе в пространстве искусства. Искусство Булатова — это всегда размышление о свободе: свободе индивидуальности художника и искусства от любого внешнего давления. Сам художник находит ему следующее определение: «Мое дело — это социальная граница, ее характер, возможность и невозможность ее пересечения, короче говоря, проблема СВОБОДЫ, которую я понимаю прежде всего как свободу от социального пространства»1.

Эрик Владимирович Булатов родился в 1933 году в Свердловске, куда его отец, Владимир Борисович Булатов, был отправлен на партийную работу. Мальчик рисовал с раннего детства. В 1941 году Владимир Борисович ушел добровольцем на фронт, а в 1944-м погиб. Он всегда отмечал художественный талант сына, и после смерти отца Булатов твердо решил заниматься искусством: «Вера в меня как в художника была его завещанием»2.

Мальчик поступил в Московскую среднюю художественную школу (МСХШ), «кузницу» будущих талантов неофициального искусства: здесь учились Илья Кабаков, Олег Васильев, Николай Касаткин, Андрей Гросицкий, Иван Чуйков. О годах обучения (1947–1952) художник вспоминает с большой теплотой: «Вообще-то это время было самым мрачным для нашей культуры: борьба с формализмом и космополитизмом, окончательный разгром искусства. Но в школе атмосфера была другой. Мы рисовали как одержимые, учились не столько у педагогов, сколько друг у друга. Наверное, главная заслуга учителей в том, что они не вмешивались в эту атмосферу и умели ее поддерживать»3. Со многими из учеников художника связало близкое знакомство, он крепко подружился с Олегом Васильевым.

Окончив школу, Булатов продолжил образование на живописном факультете Московского художественного института имени Сурикова, где обстановка была совершенно иной. К выпускникам «формалистической» МСХШ тут относились с большим подозрением. В целом художник описывает учреждение как «мрачную глухую провинцию»4. Впрочем положение дел вскоре изменилось — наступила «оттепель», и вместе с развенчанием культа личности из небытия было возвращено запретное искусство — импрессионисты, сезаннисты. Булатова считали одним из лучших студентов, как отличник он получал Сталинскую стипендию. Вместе с тем он ощущал крайнюю неудовлетворенность в образовании: «я все более ясно и мучительно чувствовал: все, что умею, чему меня учат, это не настоящее искусство»5. В 1956 году Булатов даже возглавил кампанию за восстановление преподавателей, уволенных из института во время борьбы с формализмом, но, к сожалению, потерпел неудачу. Хотя место в институте Булатов сохранил, путь к официальному признанию для него был закрыт.

Своими настоящими учителями Булатов называет Роберта Фалька и Владимира Фаворского. С первым молодой живописец познакомился в 1953 году. Фальк научил художника понимать французскую живопись и сильно повлиял на него на раннем этапе творчества, в особенности на отношение Булатова к живописной поверхности. С Фаворским знакомство произошло несколько позже, в 1956-м. Как отмечает Булатов, «это была чистая авантюра». Зная только адрес мастерской мэтра, Васильев и Булатов нагрянули к нему в гости — и, к счастью, встретили радушный прием. Учеба у Фаворского имела совершенно иной характер: «Фальку я подражал, Фаворскому — нет. Он для меня сыграл более важную роль… В сущности, сформировал мое мировоззрение. Я по сей день нахожусь в кругу пространственных проблем, который он очертил для меня тогда…»6. Теоретическая система Фаворского, воспитавшего начиная с 1920-х уже не одно поколение художников, обратила внимание Булатова на один из главных вопросов его искусства — положение предмета в пространстве.

Окончив Суриковский институт (1958) и озаботившись поиском заработка, Булатов и Васильев попали мир советской книжной графики. Относительная свобода самовыражения, которую предлагала детская литература, привлекала в то время многих ярких индивидуальностей, которые не могли найти себе место в официальной художественной жизни. Илья Кабаков, на тот момент уже несколько лет работавший в Детгизе, порекомендовал двух друзей в издательство «Детский мир». В нем, затем переименованном в «Малыш», Булатов и Васильев последующие тридцать лет работали в творческом тандеме. В 1967 году Булатов был принят в секцию графики Союза художников как иллюстратор детских книг.

Живопись Булатова в 1960-е годы развивалась стремительно. Испытав на прочность границы изобразительных традиций модернизма, он вступил на дорогу самостоятельного творчества и в 1963 году начал подписывать свои работы. От радикального преображения натурных форм и анализа природных явлений в произведениях начала 1960-х ко второй половине десятилетия Булатов перешел к абстракции. Как и в случае художников авангарда, она представлялась ему исследованием законов внутреннего устройства картины, способом осмысления ее структуры, ее первооснов: линии, плоскости и пространства, цвета и света. Прояснив для себя сущностный смысл художественных процессов, Булатов вернулся к фигуративной живописи. Работы второй половины 1960-х чутко откликались на общий культурный климат эпохи: парадигма экзистенциализма с ее интересом к метафизике, бурное развитие независимого кино нашли отражение в странных, драматически экспрессивных образах города. Черные фоны, цветовые контрасты, совмещение планов и неожиданных ракурсов заставляют вспомнить о творческих поисках ОСТовцев, которые, отталкиваясь от теоретических принципов Фаворского, стремились найти новое, современное выражение для окружающей их действительности.

Становление Булатова как художника завершилось к 1970-м годам. «Вход» (1971) и «Автопортрет» (1971–1973) уже несут в себе все приметные черты его работ советского периода, или, словами искусствоведа Сергея Попова, «весь новый реквизит булатовской “сцены”: структуры-решетки, тексты-слоганы, образы-цитаты и важнейшие персонажи, среди которых сам художник»7. В «Горизонте» (1971–1972) Булатов использовал открытия времен экспериментов с геометрической абстракцией для конструирования важнейшего смыслового аспекта произведения: место линии горизонта занимает красно-золотая лента, отменяя любую возможность выхода из сюрреализма советской приморской идиллии. Этот прием воздействует на зрителя не менее сильно, чем «запреты» внутри текстовых работ художника.

Начиная с 1970-х годов пейзаж стал основой произведений Булатова. Это и фотографически точный ландшафт — изображения природы и городской социалистической повседневности, и аллегорический образ неба, всегда метафорически связанный для Булатова с понятием свободы. Текст вовсе не умаляет значимости картины как произведения живописи — он равен в правах с ее фигуративной составляющей в создании сложного, двойственного нарратива. Булатов остается живописцем и в сугубо текстовых работах: слово есть объект изображения, его цвет всегда символичен, повествователен, как и положение в пространстве.

Внутренний антагонизм произведений Булатова подразумевает конфликт между идеологической структурой и личностной свободой: он может строиться сугубо на семантике и визуальной выразительности текста («Вход — входа нет», 1974–1975; «Стой — иди», 1975), на противостоянии между посланием и пейзажем («Добро пожаловать», 1974–1974; «Слава КПСС», 1975). Оппозиция между словом и изображением снимается за счет открытых, устремленных в бесконечность пространств в картинах «Иду» (1975) или «Живу — вижу» (1982), основанной на строках друга и единомышленника Булатова, поэта Всеволода Некрасова. Лишенные текста работы Булатова нередко используют другие, не менее выразительные визуальные послания — например, партийную символику («Советский космос», 1977) или цитирование языка соцреализма («Брежнев в Крыму», 1981–1985). Последние работы советского периода («Единогласно», 1987; «Заход или восход солнца», 1989) точно передают предчувствие конца большой эпохи.

Вместе с «перестройкой» к Булатову пришло международное признание. До этого его работы, маркированные штампом «Художественной ценности не имеет», массово вывозились в зарубежные коллекции. Однако первая персональная выставка Булатова состоялась лишь в 1988 году, в Кунстхалле Цюрих — если не брать в расчет закрытую спустя час после начала работы экспозицию с Вячеславом Калининым в Курчатовском институте (1965) и вечерний показ в кафе «Синяя птица» (1968). В том же, 1988 году художник принял участие в Венецианской биеннале, первым из своих современников был выставлен в Центре Помпиду. В 1989 году Булатов по приглашению галереи Phyllis Kind Gallery переехал в Нью-Йорк. Спустя два года Министерство культуры Франции сделало ему заманчивое предложение — поработать в мастерской в Париже. Город настолько понравился художнику и его жене Наташе, что семья осталась в нем жить. Предпочитая наблюдать за Россией из-за рубежа, Булатов отмечает: «…я по-прежнему и чем дальше, тем больше осознаю себя русским художником. Сейчас я более чем когда-либо понимаю, насколько мое сознание сформировано русской культурой. И это не только не мешает, но, напротив, помогает мне ощущать себя художником европейским и чувствовать себя в Европе как дома»8.

Работы Булатова не следует ассоциировать с сугубо советской образностью, которая была лишь реакцией на текущую политическую обстановку. Новый для Булатова государственный строй, капитализм, становится для него таким же объектом критики, как и социализм, как и всякая идеология. Магистральная для творчества Булатова тема свободы раскрывается в разных направлениях: в диалоге с европейским искусством (Liberté II, 1991), в масштабной философской серии «Вот» (1999–2005), в финале которой процесс осмысления вечных тем приводит художника к беспредметной живописи («Точка», 2003–2005). Одна из центральных идей творчества Булатова, соединение пространства зрителя и пространства искусства, достигает апофеоза в работе «Картина и зрители» (2011–2013). Работа, по замыслу Булатова, как бы «дорабатывает» другой opusmagnum — «Явление Христа народу» Александра Иванова: «Как только между ней и нами оказываются зрители, картина преображается. Между ней и этими зрителями исчезает граница, как будто зрители тоже включены в картину… В сущности, происходит невероятная вещь: как бы исчезает граница между живым и изображенным, между жизнью и искусством»9.

Первая выставка Эрика Булатова на родине, «Эрик Булатов. Живу — вижу. Рисунки», прошла в Государственной Третьяковской галерее в 2003 году. Наиболее значимые персональные проекты художника в музеях России — «Эрик Булатов. Вот» (2006, Государственная Третьяковская галерея), «Живу — вижу» (2014, ЦВЗ «Манеж», Москва), «Эрик Булатов. Свобода есть. Графика 1955–2018 годов» (2018, Ельцин-Центр, Екатеринбург).

Работы художника находятся в коллекциях Государственной Третьяковской галереи, Московского музея современного искусства, Государственного музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина в Москве, Государственного Эрмитажа и Государственного Русского музея в Санкт-Петербурге, музея Альбертина в Вене, Центра Помпиду в Париже, Музея Людвига в Кёльне, Музея современного искусства (MUDAM) в Люксембурге, Музея Циммерли в Университете Ратгерса в Нью-Джерси, Kolodzei Art Foundation в Хайлен-Парке (США) и др.

Финансовые показатели

В тройку самых дорогих работ Эрика Булатова входит живопись, проданная аукционным домом Phillips de Pury в Лондоне в 2007–2008 гг. Третий текущий результат был достигнут на «русских неделях» начала 2008 года: живопись «Небо и море» (1985, холст, масло) ушла с торгов за $1 825 118. Вторую позицию в ценовом рейтинге художника годом ранее обеспечила продажа работы «Не прислоняться» (1986, холст, масло), за которую заплатили $1 830 718. Ныне действующий рекорд был установлен в 2008-м, на одних торгах с третьей позицией в рейтинге: знаковую в творчестве художника живопись «Слава КПСС» (1975, холст, масло) купили за $2 159 673 при эстимейте $995 700 –1 393 980.

Согласно базе ARTinvestment.RU, к моменту публикации работы художника 164 раза были выведены на аукционные торги, из них графика — 93 работы, живопись — 36 работ, тиражная продукция — 31 работа, смешанная техника — 4 работы. Средняя стоимость проданных работ — $172,5 тыс., медианная стоимость — $17,8 тыс. Общая капитализация на публичном рынке — $18,29 млн. Имеет баланс проданных и непроданных работ 106 к 58 (65 % всех торгов завершились продажей).

Таблица 1. Продажи по периодам проведения аукционных торгов

Период продаж, гг. Выставлено лотов, шт. Результаты по лотам
Продано, Не продано, шт.
шт. %
2006–2008 47 30 64 17
2009–2014 55 31 56 24
2015–2021 62 45 73 17

Таблица 2. Продажи по странам проведения аукционных торгов

Страна проведения аукционов Выставлено лотов, шт. Результаты по лотам
Продано, Не продано, шт.
шт. %
Великобритания 96 71 74 25
США 30 11 37 19
РФ 24 18 75 6
Франция 7 3 43 4
Германия 4 3 75 1
Швейцария 3 0 0 3

Таблица 3. Повторные продажи

№ п/п Название Покупка Продажа Срок владения, лет Аукционный дом, город Прибыль, $ CAGR, %
Год Цена, $ Год Цена, $
1 Перестройка. Лот содержит две работы 2010 36 747 2011 32 800 1 Литфонд, Москва –3 947 –10,7
2 Свобода 2009 35 413 2011 38 748 2 MacDougall's, Лондон 3 335 4,7

Поскольку работы Эрика Булатова имеют всего две повторные продажи, среднегодовой темп роста стоимости (CAGR) считать бессмысленно. Сделки с обеими работами (к слову, находящимися в одной ценовой категории) были совершены в 2011-м, в период рецессии после кризиса 2008 года, поэтому можно предположить, что обе продажи носили спекулятивный характер: просто в случае с покупкой на российском аукционе и продажей на зарубежном эта тактика сработала, в обратном порядке — нет. Средняя стоимость всех проданных работ художника составляет 165 % от среднего эстимейта — другими словами, цены ушедших с аукциона работ в среднем оказались более чем в полтора раза выше первоначальной оценки аукционного дома. Превышение верхней границы эстимейта зафиксировано при 50 % продаж.

Предположим, мы не знаем, что перед нами Эрик Булатов, один из патриархов неофициального искусства. Что можно сказать о художнике вслепую, на основании одних лишь цифр? Первые аукционные продажи, случившиеся лишь в 2006 году (при этом работы были датированы 1970–80-ми), говорят о том, что произведениями художника владельцы дорожили — и рискнули вывести на торги, лишь когда общий темп роста продаж русского искусства стремительно пошел вверх в 2005-м. Рискнули и не ошиблись: работы попали в список самых дорогих «русских британских» продаж последующих нескольких лет, а топ-продажа Эрика Булатова ($2 159 673) занимает вторую строчку в рейтинге всех российских послевоенных художников, уступая лишь «Жуку» Ильи Кабакова ($5 839 781). Далее мы видим, что большеформатные шедевры на время покинули открытый рынок — их место заняла живопись меньшего формата и графика художника. Обращаем внимание на то, что количество графики на аукционных торгах в три раза превышает количество тиражной продукции — следовательно, художник работал для искусства, а не штамповал эстампы для рынка (как тот же Дэмьен Херст).

Список стран, на территории которых случались публичные торги, весьма показателен: их мало (шесть) — стало быть, либо небольшие аукционные дома не смогли себе позволить работать с его произведениями, либо сами владельцы сосредоточены в странах с наиболее высокой концентрацией капитала (не путать с уровнем жизни!). Напоследок не можем не отметить увеличение количества аукционных событий с течением времени, а также — что не всегда происходит параллельно — увеличение количества и доли проданных лотов. Проанализировав весь массив информации, делаем общий вывод: перед нами работоспособный (эскизы, графика) автор, наиболее ценным активом которого является живопись. Художник достаточно редкий на торгах, его работы всегда событие, а количество проданной графики указывает на то, что коллекционеры хотят быть ближе к его творчеству даже на уровне эскизов.

А теперь вскрываем карты и понимаем, что перед нами Эрик Булатов. Сразу же добавляем к портрету художника более 20 персональных и более 100 групповых выставок только лишь за пределами России: отечественная статистика умножит эти цифры почти вдвое. Плюс вспоминаем, что Булатов — одно из самых желанных имен на торгах Escape Artists, художников-шестидесятников, которых третий год подряд Sotheby’s выводит в отдельные октябрьские продажи для международной аудитории коллекционеров. Что еще может добавить читатель AI в этот рыночный портрет? Разве что опыт обладания работой художника — у каждого владельца он свой, неповторимый, но именно он является тем самым финальным штрихом, который безупречно дополняет портрет любого автора.

На текущем большом кураторском аукционе ARTinvestment.RU представлена живописная работа «Сосна» (1964) — важное произведение в творчестве Эрика Булатова 1960-х годов и в целом в его творческой эволюции. «Сосна» суммирует в своей образности наблюдения как над живой натурой, так и над световыми явлениями. В этом качестве она может быть названа одной из вершин «модернистского» периода в творчестве Булатова, в основе которого лежало существенное преображение натурного образа и поиск объективных констант передачи трехмерного пространства на плоскости.

 

Источники:
Попов С. В. Эрик Булатов: картина после живописи. М., 2017.
Булатов Э. В. Горизонт. Вологда, 2013.

1 Булатов Э. В. Моя картина и массмедийная продукция // Булатов Э. В. Горизонт. Вологда, 2013. С. 71

2 Булатов Э. В. Автобиография // Булатов Э. В. Горизонт. Вологда, 2013. С. 10.

3 Там же. С. 10-11.

4 Там же. С. 11.

5 Там же.

6 Там же. С. 13-14.

7 Попов С. В. Эрик Булатов: картина после живописи. М., 2017. С. 34.

8 Там же. С. 16.

9 Булатов Э. В. Картина и зрители // Булатов Э. В. Горизонт. Вологда, 2013. С. 165.


Постоянный адрес статьи:
https://artinvestment.ru/invest/artistofweek/20210222_bulatov_artist.html
https://artinvestment.ru/en/invest/artistofweek/20210222_bulatov_artist.html

При цитировании ссылка на https://artinvestment.ru обязательна

Внимание! Все материалы сайта и базы данных аукционных результатов ARTinvestment.RU, включая иллюстрированные справочные сведение о проданных на аукционах произведениях, предназначены для использования исключительно в информационных, научных, учебных и культурных целях в соответствии со ст. 1274 ГК РФ. Использование в коммерческих целях или с нарушением правил, установленных ГК РФ, не допускается. ARTinvestment.RU не отвечает за содержание материалов, представленных третьими лицами. В случае нарушения прав третьих лиц, администрация сайта оставляет за собой право удалить их с сайта и из базы данных на основании обращения уполномоченного органа.


Индексы арт-рынка ARTIMX
Индекс
Дата
Знач.
Изм.
ARTIMX
13/07
1502.83
+4,31%
ARTIMX-RUS
13/07
1502.83
+4,31%
Показать:

Топ 37

Узнайте первым об открытии аукциона!

На этом сайте используются cookie, может вестись сбор данных об IP-адресах и местоположении пользователей. Продолжив работу с этим сайтом, вы подтверждаете свое согласие на обработку персональных данных в соответствии с законом N 152-ФЗ «О персональных данных» и «Политикой ООО «АртИн» в отношении обработки персональных данных».
Наверх