«Сотбис»-1988 в ценах 2018-го
ARTinvestment.RU   28 февраля 2018

В московском центре ГАРАЖ завершилась выставка «Ставки на гласность. Аукцион “Сотбис” в Москве, 1988»

Единственный настоящий заморский аукцион «Русский авангард и современное советское искусство», проведенный в России, интересен сегодня и как коммерческий, и как социальный эксперимент. Как искусство оценивалось 30 лет назад и сегодня? Кого взяли в будущее? Как время скорректировало ранги и цены?

«Сотбис» 1988 года стал не только смелым коммерческим, но в первую очередь архисложным дипломатическим мероприятием. Видано ли дело: пресловутая «гадит англичанка» вдруг приглашает и привозит своих мистеров-твистеров покупать искусство еще вчера враждебной «Верхней Вольты с ракетами». Перестройка, гласность, пьянящий воздух свободы, внезапно объявленная обстановка доверия… да еще и возможность легально купить и вывезти первый русский авангард. Насчет вывоза даже было получено особое распоряжение властей — вопрос решался на высшем уровне.

Аукцион породил много ожиданий. Со стороны он казался волшебным входным билетом в мировой арт-рынок и вообще раздал немало авансов. В предисловии к каталогу торгов за подписью председателя «Сотбиса» Достопочтенного графа Гаури есть такие слова: «Сотбис гордится тем, что проводит первый международный аукцион художественных произведений в Советском Союзе. Мы уверены, что он не будет последним, так как для развития культурных связей нет ничего лучшего, как свободный обмен идеями и произведениями искусства между молодыми художниками, коллекционерами и студентами факультетов изобразительных искусств всех стран мира».

Уверены они... «Сны, милорд, я видел сны, они чисты как слезы». Прошло 30 лет, но ни один зарубежный аукцион так и не пришел в Россию.

Да и не придет в обозримом будущем.

За три десятка лет тот первый и пока последний московский «Сотбис» успел обрасти множеством легенд. О делах красивых и не очень. «Не очень» — так как сходу началась весьма советская по духу возня людей, испорченных квартирным вопросом: кого брать на торги, а кого не брать, кто свои, а кто по блату. Художникам срочно выдавали продуктовый дефицит, чтобы не было стыдно перед иностранцами. С деньгами (по договору художникам обещали деньги: валюту и рубли по курсу) тоже, говорят, не все красиво получилось. Откуда известно? О чем-то мне рассказывали сами свидетели тех событий. О чем-то можно прочитать в книгах участника тех торгов художника Гриши Брускина. К слову, могу смело посоветовать его «Прошедшее время несовершенного вида» или любую другую книгу: написано талантливо и метко, читается на одном дыхании. В общем, было или не было, но в эту возню вполне верится: все очень в духе поздних советских времен.

Но легенды легендами, а реальную фактуру все же можно реконструировать с высокой долей достоверности по каталогу торгов, по протоколам и другим показанным на выставке документам. Итак, вот, что тогда произошло:

1. В аукционный каталог «Сотбис» 7 июля 1988 года были включены 34 художника: Гриша Брускин, Сергей Волков, Александр Древин, Евгений Дыбский, Юрий Дышленко, Илья Глазунов, Вадим Захаров, Илья Кабаков, Светлана Копыстянская, Игорь Копыстянский, Дмитрий Краснопевцев, Белла Левикова, Малле Лейс, Татьяна Назаренко, Ирина Нахова, Владимир Немухин, Наталья Нестерова, Аркадий Петров, Дмитрий Плавинский, Леонид Пурыгин, Александр Родченко, Александр Ситников, Анатолий Слепышев, Варвара Степанова, Илья Табенкин, Лев Табенкин, Наталья Удальцова, Николай Филатов, Иван Чуйков, Эдуард Штейнберг, Сергей Шутов, Гия Эдзгверадзе, Мария Эндер, Владимир Янкилевский. Из 34 художников фамилии четыре сегодня не на слуху, а все остальные регулярно продаются на мировых и российских аукционах. Так что в этом вопросе — браво, «Сотбис»!

2. Всего выставили 120 лотов. Из них 8 работ (больше всех) выставил художник Вадим Захаров, далее шли Александр Родченко (7 работ), Гриша Брускин, Светлана и Игорь Копыстянские (по 6 у каждого). Вообще у большинства авторов в каталог вошло 2–4 работы. Проще перечислить тех, у кого было всего по одной картине или рисунку: Мария Эндер, Татьяна Назаренко, Дмитрий Плавинский и Владимир Янкилевский.

3. Особо ценный русский авангард был почему-то «на разогреве»: его продавали в первом стринге, с 1 по 18 лот. В блоке русского авангарда были представлены работы Надежды Удальцовой, Александра Древина, Александра Родченко, Варвары Степановой и Марии Эндер.

4. Самым дорогим произведением на торгах стал абстрактный холст «Линия» 1922 года кисти Александра Родченко: за него заплатили £330 000, то есть $564 300.

5. Самая доступная работа на тех торгах стоила £2 200, или $3 762. За эту одинаковую сумму ушло сразу несколько работ: три полутораметровых холста Юрия Дышленко, большая картина Беллы Левиковой и два полотна Ильи Табенкина.

6. Покупать могли только иностранцы, за валюту. Советским художникам и наследникам авангардистов причиталось 60 % от суммы реализации (остальное — организаторам), из коих 10 % в валюте, а остальное в рублях по переводному курсу.

7. Элтон Джон купил лоты 51 и 56 - картины Светланы и Игоря Копыстянских. Каждую за £44 000 ($75 240). Лот 57 (Копыстянский) купил по информации автора Дэвид Боуи, за £24 200 ($41 382). Также в протоколе рукой вписано, что начальник «Сотбиса» Альфред Таубман купил картину Ильи Кабакова «Ответы экспериментальной группы» за £22 000 ($37 620).

8. Общий объем продаж, согласно протоколу, составил £2 085 000 (включая комиссию 10 %). Доля ухода по лотам, по моим подсчетам, составила 94 %. В других источниках встречается цифра 98 %. Но, согласно протоколу, из 120 лотов (последний лот имел номер 119, но там были 4 и 4A) непроданными остались 7.

9. Русский авангард официально и публично был продан иностранцам с разрешением на вывоз. Работы художников русского авангарда поступили на торги не из музейных фондов, а из частных собраний семей и наследников.

10. Фактически с первым ударом молотка Симона де Пури в сфере искусства в СССР наступил рынок. После этого в течение нескольких лет многие участники московского «Сотбиса» перебрались на Запад. Некоторые навсегда. Московский аукцион «Сотбис» стал последним крупным событием 1988 года, которым фактически заканчивается хронология подпольного и неофициального искусства в известном справочнике «Другое искусство». И с этим сложно не согласиться: то, что открыто продают в Совинцентре, подпольем уже не назовешь.

Вспомним отдельные картины и рисунки с тех исторических торгов.

Комментарий: Работа Родченко «Клоун. Сцена в цирке» — одна из немногих, которую можно было живьем посмотреть на выставке в «Гараже». Она была предоставлена московскими коллекционерами Мариной и Борисом Молчановыми. О ней известно, что 26 апреля 2006 года она была перепродана нынешнему владельцу на Sotheby’s в Нью-Йорке за $528 000, то есть в 10 раз дороже, чем была куплена 18 годами ранее в СССР. «Клоун» интересен, в частности, тем, что это одна из первых картин (а может, и первая), которую Родченко сделал в 1935 году после долгого периода отказа от живописи. Перед этим он не брался за кисти 14 лет, считая, что не живопись, а только фотография соответствовала задачам времени. В настоящий момент ценовой ориентир для работы такого класса составляет уже порядка $ 1 200 000.

Комментарий: Авангардные орнаменты, узоры и концепты Варвары Степановой в последние годы особенно востребованы российскими дизайнерами. Ее стилистику — узнаваемые ромбы — взяли на вооружение при оформлении метро, при разработке стиля формы олимпийской сборной России для игр в Рио в 2016 году и даже при создании всего фирменного стиля празднования 870-летия Москвы. Для гуаши, проданной на «Сотбис» в 1988-м, можно назвать не только ценовой ориентир сегодняшнего дня, но и недавнюю аукционную цену: этот рисунок для ткани в конце 2016-го перепродали на Sotheby’s за $49 960. Сегодня эта гуашь стоила бы, скорее, $55 000–60 000. Примерно в 7 раз дороже, чем 30 лет назад. Это немного дороговато — «в чистом виде», без всей этой истории такие гуаши стоят дешевле. Но за счет провенанса — по этому рисунку «Сотбис» специально заказал ткань и из нее — шейные платки для гостей того исторического аукциона — такая цена вполне оправдана.

Комментарий: Конструктивистская «Линия» Родченко, которую, по сообщению New York Times, купил лондонский дилер Дэвид Джуда (David Juda), стала самой дорогой картиной торгов — $564 300 в пересчете с фунтов. Сегодня произведение такого класса стоило бы на мировом аукционном рынке в 5-6 раз дороже — порядка $3 000 000, а может, и больше. Действующий аукционный рекорд для Родченко составляет $4 500 000 — столько в 2016-м отдали за другую его конструктивистскую композицию.

Первый русский авангард в тот июльский день 1988 года был распродан подчистую. Ничего удивительного. Обычно цены были в 1,5-2 раза выше эстимейтов. С тех пор ряд вещей уже не раз перепродавался новым владельцам. И судя по ценам повторных продаж типовая доходность инвестиций, сделанных 30 лет назад, составила 17–20 % годовых. Это по простому проценту, без учета инфляции, но все равно неплохо.

Современное искусство и «второй русский авангард» (шестидесятники) тоже разошелся на ура. Но тут, в отличие от ситуации Родченко, Степановой или Эндер, покупателям требовалось гораздо больше знаний и визионерства. Не было никаких гарантий, что все художники каталога займут высокие места в истории искусства. Так и вышло. По ситуации 2018 года очевидно, что за какие-то работы сильно переплатили, а какие-то, наоборот, были куплены за небольшие деньги. Впрочем все равно покупка на первоклассном аукционе дает на порядок больше спокойствия коллекционерам, чем эмоциональные покупки с рынка на свой страх и риск не пойми по каким ценам. Несмотря на внешнее давление, в целом устроители аукциона — составители каталога провели качественный отбор, сильно снизив риски покупателей. Да, работ, которые на отрезке в 30 лет подорожали в 5-6 раз (с темпами русского авангарда), среди них гораздо меньше. И несмотря на отдельные удачные примеры, эмпирическое правило о более высоких рисках инвестиций в современное искусство, чем в то, которое уже прошло проверку временем, в целом работает.

Комментарий: Исполинская трехметровая работа, составленная из 32 холстов, стала самым дорогим лотом того аукциона в стринге современного искусства. «Фундаментальному лексикону» Гриши Брускина успех был практически обеспечен: его фото украшало обложку аукционного каталога. Но почти 17-кратного роста цены относительно эстимейта в $24 000 не мог предугадать никто. Работа очень эффектная и концептуальная — про всю нашу жизнь. Ее можно было увидеть на выставке в Москве. Предположить ее аукционную стоимость сегодня — сложная задача. В 2000 году на «Кристис» сопоставимый по классу четырехметровый холст «Логии I» был продан за $424 000. Это аукционный рекорд, но за 18 лет много воды утекло. Думаю, что сегодня «Фундаментальный лексикон» стоил бы минимум вдвое дороже — за счет художественного качества, а также провенанса и своего мемориального значения. Всего же 30 лет назад на «Сотбисе» продали 6 картин Брускина (все, которые выставлялись на торги). По одной из вещей — лоту 21 — можно сделать более точную ценовую привязку: в тот раз он был продан за $26 334, а в 2017-м работа сопоставимого класса из той же серии ушла на «Сотбисе» за $150 000. Рост в 5,7 раза за 30 лет. Вскоре после московского «Сотбиса» художник Гриша Брускин уехал в Америку. Через некоторое время с ним заключила контракт влиятельная галерея «Мальборо», которая в то время была номером один по Фрэнсису Бэкону и другим первым именам.

Комментарий: В воспоминаниях о тех событиях то и дело звучит: «навязали», «спустили сверху» и тому подобное. Молодое поколение художников сильно не жаловало Илью Сергеевича. Его работы действительно смотрятся экзотично среди произведений вчерашний неофициальных или полуофициальных художников. Но картины на аукцион выставили хорошие, по крайней мере три из четырех. Самой дорогой из них стал полутораметровый холст «Иван Грозный» 1974 года, опубликованный в одной из монографий о Глазунове. Это жесткое натуралистичное историческое повествование, совсем не для дома. Но вместе с тем это абсолютный Глазунов, в своей сильнейшей поре, самого ценного периода. Нынешний его аукционный рекорд, близкий к $100 000, сегодня принадлежит другой работе такого же класса — «Русскому Икару» 1973 года. Но надо понимать, что это именно рекорд, исключение. А обычно масла Глазунова сегодня продаются в диапазоне $10 000–25 000. Конечно, с учетом аукционной истории и размера «Иван Грозный» стоил бы дороже обычной вещи. Но не в 10 раз. Скорее, те же $50 000–60 000 — может, чуть дороже.

Комментарий: Картины самого дорогого из ныне живущих русских художников на историческом «Сотбисе» ушли выше эстимейтов, но без ажиотажа. Например, самые что ни на есть показательные и ценные «Ответы экспериментальной группы» были проданы примерно вдвое выше эстимейта, но все же за относительно скромные $37 500. Но прошло время, и сегодня Кабаков считается одним из главных, даже просто главным по значению русским художником послевоенного неофициального искусства. Западными искусствоведами написаны монографии, сняты фильмы, художник представлен в ведущих музеях мира. Удивительно, что среди аукционного топ-5 у Кабакова почти все работы выполнены на фигуративной основе, включая «Жука» Вячеслава Кантора за 5,8 миллиона долларов. Не принимают коллекционеры в свои собрания таблицы и тексты. Ближайшая референсная продажа для «Ответов экспериментальной группы» состоялась на Phillips два года назад: трехметровую таблицу концепт «Собакин» продали за $660 000. Дорого. Но «Ответы» по всем статьям лучше и значительнее «Собакина». Так что аукционная цена на них сегодня может составлять, скорее, от $1 000 000 — в 26 раз больше, чем 30 лет назад. Если так, то эта вещь Кабакова стала одной самых выгодных покупок тех торгов.

Комментарий: Для этого пейзажа художницы Светланы Копыстянской (он тоже живьем был на выставке в Москве) известен реальный результат повторной продажи. Он странный. В 2005 году «Пейзаж № 4» перевыставили на «Сотбисе» и продали за относительно небольшие $11 300 (в Москве 17 годами ранее он был куплен за $48 906). Можно ли считать новый результат референсным? Думаю, лишь отчасти. Потому что цены скакали. Через год-другой ее «Пейзаж» 1988 года, но из того же цикла, что на «Сотбисе», был продан за $92 800. А через два года был и вовсе установлен новый аукционный рекорд для работ Копыстянской: очень эффектный «Морской пейзаж» 1995 года, шириной больше метра, был продан на Phillips за $117 000. Это был пик рынка, дальше цены успокоились. Но даже по нынешним временам, я думаю, сотбисовский «Пейзаж № 4» будет стоить не менее $50 000. За рубежом, конечно, не у нас.

Комментарий: Без наценки за провенанс каждый Краснопевцев такого размера и класса стоил бы сейчас на Sotheby’s порядка $95 000–100 000, а в России — порядка $65 000. С учетом особого мемориального значения к цене можно прибавить еще 15 %. Почему? Все-таки иметь дома оргалит, воспроизведенный в историческом (и прижизненном для Краснопевцева) каталоге — это дополнительное удовольствие. Что тут еще скажешь? Разве что: «Дайте мне машину времени!» Краснопевцев, за работы которого «Сотбис» когда-то просил £2 500–3 500, сегодня один из самых любимых художников у русских коллекционеров и один из самых востребованных на рынке. И стоит теперь в 20 раз дороже. Единственное, начинающим собирателям советуем держать ухо востро: мелкие западные аукционы просто кишат подделками под Краснопевцева.

Комментарий: Владимир Николаевич был одним из мастодонтов неофициального искусства, входившим в лианозовский круг. За рубежом такой натюрморт Немухина сейчас может стоить в районе $15 000. В России — реально в районе $10 000. К слову, сейчас очень заметно, что вскоре после смерти художника резко активизировались поддельщики. Покупать Немухина без собственных знаний в последнее время стало гораздо рискованнее, чем раньше.

Комментарий: Шутов — художник культового соловьевского фильма «АССА». Именно его мы, кстати, видим на первых кадрах: странный человек с сеткой на лице — Шутов и есть. Русский космист, авангардист, в 1988 году ему было 33, молодой еще совсем. Работу купили. Но к коммерческой части мероприятия Шутов с друзьями отнесся с большой долей самоиронии и в том же 1988 году вместе с «Чемпионами мира» провел акцию «Анти-Сотбис». Сколько сегодня может стоить трехметровая «АССА, племяши!»? Прямых аналогов нет, но по ряду референсных продаж — в районе $30 000. На ней изображены Крым, Новиков, Гурьянов. На аукционе ее купил Андре Шоллер и подарил в фонд так и не созданного Музея современного искусства в Москве. Сейчас работа хранится в РОСИЗО.

Комментарий: За огромную составную живописную работу Анатолия Слепышева, физически состоящую из 6 холстов, в тот день заплатили в полтора раз дороже эстимейта — $16 930. В 2008 году его большие картины (из нескольких частей) достигали рекордных цен в диапазоне $30 000–45 000. После кризиса цены на Слепышева скорректировались вниз, и лишь последние лет пять его работы вновь стали хитами аукционов (на AI он один из самых продаваемых авторов). Сейчас ценовой ориентир метровых холстов установился в районе 230 000 рублей. Большие же шестичастные картины сегодня редкость, хотя найти можно. Стоят они, правда, значительно дороже — порядка $15 000.

Философские уроки московского «Сотбиса» 1988 года не менее интересны, чем коммерческие. Их несколько, хотя вертится все вокруг одного:

1. Протекции, движения локтями и включение в списки по мотивам целесообразности при всей тактической эффективности имеют очень ограниченный срок действия. Соседство с великими на страницах аукционного каталога может стать трамплином в профессиональной карьере, но не гарантирует дальности прыжка.

2. Отсутствие в первом настоящем аукционном каталоге работ Зверева, Яковлева, Рабина, Целкова и многие других первых имен никак не сказалось на их высоком месте в истории русского неофициального искусства и последующем положении на рынке. 

3. Несколько имен из числа участников того «Сотбиса», несмотря на такие стартовые условия, практически выпали из истории искусства и из системы аукционного оборота.

4. Никто не может знать наперед, как все сложится в будущем. Любовь коллекционеров непостоянна. А их мнение о справедливых ценах может сильно измениться. Обратите внимание, что тот же Краснопевцев в 1988 году по каталогу оценивался дешевле Немухина, Нестеровой, Слепышева и многих других хороших художников.

Для нынешних коллекционеров это одновременно и урок, и напоминание о возможностях. Как и прежде, среди выставляемых ныне аукционных лотов есть немало работ пока еще сильно недооцененных авторов. Вместе с тем сильно играть против рынка не стоит. «Сотбис» в очередной раз показывает, что рынок может быть прав в 30 из 34-х попыток, то есть практически в 85 % случаев.



Индексы арт-рынка ARTIMX
Индекс
Дата
Знач.
Изм.
ARTIMX
13/07
1502.83
+4,31%
ARTIMX-RUS
13/07
1502.83
+4,31%
Показать:

Топ 34

На этом сайте используются cookie, может вестись сбор данных об IP-адресах и местоположении пользователей. Продолжив работу с этим сайтом, вы подтверждаете свое согласие на обработку персональных данных в соответствии с законом N 152-ФЗ «О персональных данных» и «Политикой ЗАО «Сейф» в отношении обработки персональных данных».
Наверх