Экспертиза для рынка искусства: что нужно и чем помочь экспертам?
ARTinvestment.RU   26 февраля 2015

Сегодня в 90 % случаев от экспертного заключения ждут лишь фамилии эксперта, ключевого вывода о подлинности в короткой бумаге. Однако мы ожидаем, что в недалеком будущем требования к качеству этих бумаг заметно возрастут

Экспертные заключения — это едва ли не единственные бумаги, которые помогают продавать. А в экспертизе на арт-рынке у нас почти как в медицине: пациентов много, а специалистов мало. Авторитетные эксперты нарасхват и работают на пределе своих возможностей. Новых мало. Почти нет. Коллекционеры давно уж бьют тревогу: экспертов растущему арт-рынку нужно гораздо больше. Отчасти спасает то, что по ряду художников кроме экспертов с личной печатью есть и другие хорошо разбирающиеся люди — из среды коллекционеров и галеристов. Это знатоки, «да» или «нет» которых тоже дорогого стоит. Но есть тонкость: они не пишут заключений, не выдают бумаг, необходимых для аукционов и в целом для оборота вещей на рынке.

А нужны именно бумаги. Причем в недалеком будущем требования к качеству этих бумаг заметно возрастут.

Почему? Спросите, например, у оценщиков. Кстати, вот прямо в эти дни группой оценщиков и искусствоведов в острой конкуренции идей и интересов разрабатывается первый в нашей стране Федеральный стандарт оценки (ФСО) движимых культурных ценностей (ДКЦ); такие документы потом принимаются приказом Минэкономразвития. Новый ФСО будет не то чтобы заставлять, но настойчиво подталкивать оценщиков предметов искусства к тому, чтобы требовать перед началом своей работы экспертные заключения профильных специалистов, подтверждающие подлинность. То есть в большинстве случаев оценщику к своему отчету придется приложить чужое заключение о подлинности, если он, конечно, благоразумно не хочет принять всю ответственность за правильность атрибуции на себя (хотя формально закон не запрещает оценщику обходиться без экспертизы). А оценщики — это вам не понятливые коллекционеры, которым всего-то и нужно убедиться, подлинная вещь или фальшивая (к остальному, увы, принято «не придираться»). С оценщиками не забалуешь.

Тут нужно пояснить. Кто не знает, официальную оценку в России по закону могут производить только оценщики. Это люди, имеющие профильное образование, состоящие в саморегулируемой организации и имеющие страховку профессиональной ответственности. Эти спецы, готовящие многостраничные отчеты об оценке, зачастую буквоеды. Такова специфика: в отличие от искусствоведов и экспертов они работают не столько с предметами, сколько с документами. Посему у оценщиков повышенные требования к содержимому экспертных заключений — в частности, к формальной точности данных. Если коллекционер, как правило, не обращает внимания на то, правильно ли указан размер картины или годы жизни автора, то оценщик хорошо понимает, что даже мелкая небрежность в экспертном заключении способна существенно скомпрометировать результат его работы. С него спросят, почему у оцениваемой картины один размер, а в экспертном заключении указан совсем другой? Не ту картину проверяли или не ту оценивали? Так что требования к формальному качеству экспертных документов у оценщиков заведомо будут гораздо выше, чем у коллекционеров.

Но вернемся к кадровой проблеме экспертного сообщества. Заметили, что мы редко слышим, чтобы молодые специалисты из музейной среды писали бы монографии по отдельным художникам, составляли каталоги-резоне, вели исследования. А эксперт ведь не появляется неожиданно и ниоткуда. Есть целый ряд публичных шагов, приближающих молодого исследователя к этому статусу. Можно предположить, что работы такие ведутся, но нам об этом просто по каким-то причинам неизвестно. Это удобная версия. Но более правдоподобной выглядит та, что молодежь в эту тему почему-то не идет.

Почему не идет — можно догадываться. Слишком много нервотрепки. Да, клиенты готовы платить деньги, но этого мало. Для того чтобы эксперт мог спокойно работать, он должен быть надежно законодательно защищен и иметь четкие границы своих полномочий и компетенций. С этим туго.

Давайте подумаем, как можно защитить эксперта.

Первое, что напрашивается, — очертить и разумно уменьшить круг их должностных обязанностей. Как это сделано у тех же оценщиков. Для последних, напомню, написаны федеральные стандарты оценки на многие случаи жизни. Например, есть ФСО № 7 конкретно для оценки недвижимости. Выполнил все требования этого стандарта, прошелся по всем пунктам, заручился по сомнительным моментам профильной экспертизой — молодец, вопросов к тебе нет. Вспомните, как на фирменном автосервисе владельцу выдают карточку с планом обслуживания. Там все расписано: колодки проверены, износ 15 %, стояночный тормоз проверен, держит на 8 щелчке и так далее. Мастера высокого и начального уровня квалификации идут сверху вниз по пунктам и проверяют. Потому что когда существует регламентный набор исследований, которые нужно методично выполнить по порядку, то риск пропустить серьезную неисправность оказывается меньше, чем когда специалист действует лишь по своему усмотрению. Почему бы не создать для экспертов такой же регламент, который защитит как самого эксперта от необоснованных претензий, так и получателя экспертного заключения от ошибок в результате недосмотра?

Задача посильная.

Можно выработать и утвердить набор минимальных данных и проверок, выполнив которые эксперт любой квалификации (и молодой специалист в первую очередь!) может спать спокойно. Расписать операции по пунктам, как на автосервисе. Например, шаг номер 1 — измерить высоту и ширину в сантиметрах, шаг номер два — полностью указать фамилию, имя и отчество автора… шаг номер 15 — удостовериться, что для автора нет каталога-резоне, а если есть, то просмотреть его и указать станицу с описанием предмета, его каталожный номер. Выполнить операции по такой стандартной схеме посильно любому эксперту. Другое дело — определить подлинность, датировать, то есть самое важное. На этот случай исчерпывающих инструкций не придумаешь. Установление авторства — трудно формализуемая процедура, важнейшую роль в которой играют опыт и насмотренность специалиста.

Да, регламент не предохранит от ложного вывода «да» или «нет». Но сам он, стандарт или методика должны быть. Иначе, то есть сейчас, у нас кто в лес, кто по дрова. Кто-то сам снимает размеры, а кто-то указывает их по аукционным записям или со слов владельца, и до поры до времени к этому никто не придирается.

Чем будет чревато невыполнение стандарта (регламента)? У оценщиков, например, так: если допустил существенную ошибку, проявил невнимательность, то ответишь рублем вместе со своей организацией. Рублем немалым, но всё же в рамках своей обязательной страховки профессиональной ответственности. В результате ошибки исправляются, страховки дорожают, но дальше участники процесса могут спокойно работать и спать.

Итак, страхование профессиональной ответственности — это еще один инструмент защиты экспертов.

Сейчас ведь у нас происходит как? Ошибочная экспертиза (не ляп, а по сути ошибочная — «да» вместо «нет») становится головной болью для всех, не снимаемой в рамках законодательства. Эксперт у нас дает в экспертизе лишь свое мнение. Поэтому, чтобы в случае ошибки как-то «решить вопрос» (возврат денег и пр.), потерпевшей стороне приходится проявлять определенную изобретательность. Бывает, что в меру своей испорченности, вплоть до методов неэкономического давления. Экспертам оно надо? Нет, конечно. Поэтому страховать ответственность в обязательном порядке — какой-никакой, а выход. Как ОСАГО на дороге.

Вернемся к воображаемому стандарту экспертизы движимых культурных ценностей и, в частности, к требованиям по наполнению искусствоведческого экспертного заключения. Что нужно покупателю или аукционному дому, принимающему предмет от сдатчика?

Кроме самого главного экспертного «да, подлинник» (на заведомое «нет» бумаги обычно не пишут), в экспертном заключении хотелось бы видеть Ф.И.О. автора с годами жизни, фото разумного качества и основные идентифицирующие признаки. В частности, необходим точный размер (или, в некоторых случаях, размер в свету с обязательной пометой) в правильном порядке «высота — ширина», техника, воспроизведение надписей и этикеток на лице и обороте, виды исследований, ссылка на каталог-резоне (если он существует), провенанс, если таковой имеется, искусствоведческая часть.

Внимательный читатель возмутится: а где выводы технологического исследования? Начнем с того, что полный комплекс исследований бывает нужен для дорогой живописи, а к той же графике технологические методы анализа применимы в меньшей степени. Кроме того, обложив рынок оценки избыточными требованиями к экспертизе, мы подорвем всю его экономику. Стоимость полной комплексной экспертизы будет сопоставима, а в ряде случаев даже превышать рыночную стоимость оцениваемых предметов. Комплексная экспертиза (искусствоведческая плюс технологическая) может стоить 50–100–150 тысяч рублей для не самых сложных случаев — и до бесконечности. Заведомо понятно, что при таких ценах заставить делать комплексную экспертизу не получится.

Как быть? Может, стоит предусмотреть будущим стандартом несколько уровней глубины экспертного заключения. Например, базовое экспертное заключение — краткий документ, содержащий только идентификационные признаки и выводы искусствоведческой экспертизы, — будет достаточен для графики и недорогой живописи, он подойдет для большинства практических применений. Сейчас так и происходит. Для подачи на любой русский аукцион достаточно экспертного заключения базового уровня на одной странице. Главное, чтоб эксперт был авторитетным в конкретной области.

В свою очередь, расширенная экспертиза может быть показана для дорогой живописи и ДПИ, в ней искусствоведческому исследованию должны предшествовать выводы технологической экспертизы. В частности, расширенный уровень экспертизы может потребоваться для дорогих холстов, выступающих в качестве предметов залога, предоставляемых на оценку или выставляемых на аукцион. Опять же, нельзя не учитывать цену вопроса. Если не самый сложный случай расширенной экспертизы может потребовать затрат под 100 тысяч рублей, то экспертиза базового уровня (искусствоведческое заключение профильного эксперта) будет стоить в несколько раз дешевле. И большинству людей и торговых организаций этого базового формата будет вполне достаточно.

Подведем итоги.

Очевидно, рынку нужна качественная, но при этом массовая и недорогая (экономически обоснованная) экспертиза. Значит, нужно создать такие условия работы, чтобы заниматься ею было интересно как патриархам экспертной деятельности, так и молодым специалистам.

Выход мы видим в следующих мерах:

1. Разработать регламент — суть стандарт экспертизы (как это вскоре будет у оценщиков), описывающий последовательность обязательных шагов, требуемых для оформления экспертного заключения. По форме это может быть, например, правительственное постановление об экспертизе движимых культурных ценностей или другой документ — не суть важно. Например, требования к работе экспертов, исследующих недвижимые памятники культурного наследия, довольно подробно описываются «Положением о государственной историко-культурной экспертизе», утвержденным постановлением Правительства РФ от 15 июля 2009 г. № 569. Может, что-то подобное следует разработать и для экспертизы предметов искусства.

2. Страховать профессиональную ответственность экспертов (по образцу того, как это уже сделано у оценщиков).

В комплексе эти меры позволят улучшить базовое качество экспертных заключений, повысить профессиональную защиту экспертов, запустить кадровые лифты для молодых специалистов, а также способствовать снижению цен за счет повышения технологичности экспертных процедур. То есть системно улучшат условия бизнеса на арт-рынке.

Если предполагать разумные временные горизонты, то при наличии политической воли, процесс стандартизации вопросов экспертизы займет, вероятно, около 3–5 лет. Процесс этот не быстрый. Те же оценщики вспоминают, что у них институционализация профессии в середине 1990-х тоже заняла несколько лет. Сначала в Едином тарифно-квалификационном справочнике (ЕКТС) появилась новая профессия «оценщик (эксперт по оценке имущества)». Далее были созданы самоорганизующиеся профобъединения оценщиков. А потом уже были написаны регламенты, методики и стандарты. Те, кто был у истоков возникновения оценочного бизнеса, особо подчеркивают, что самым первым шагом была именно институционализация профессии. Достаточно ли будет для эксперта профессии «искусствовед» или понадобится новая профессия «эксперт-искусствовед» с прописанными обязанностями? Может, и не понадобится, но в любом случае в этом вопросе придется отдельно разбираться. Потому, что те же страховщики первым делом спросят: «А каков круг профессиональных обязанностей эксперта-искусствоведа и в чем он на бумаге заключается?» Кстати, разграничение функциональных обязанностей эксперта-искусствоведа и оценщика, работающих на стыке специальностей, определило бы и границы ответственности каждого из них.

Тактические же шаги сегодня уже предсказуемы. Сначала договорятся и примут свой стандарт оценки движимых культурных ценностей оценщики. А уж вслед за ними начнет ускоренно договариваться по своим стандартам экспертное сообщество, искусствоведы. Там, конечно, вряд ли достигнут компромисса сразу, но договорятся, нет сомнений. В крайнем случае, государство всех помирит. Бизнес у экспертов с оценщиками во многом общий, друг без друга им никуда.

Проект: Список данных для указания в экспертном заключении базового уровня (краткое заключение):

1. Фото лицевой и оборотной стороны работы, крупное фото подписи;
2. Ф.И.О. художника, годы жизни;
3. Название работы с проверкой соответствия названия с теми, которые есть в литературе и выставочной жизни произведения. Указание всех названий работы, обнаруженных экспертом;
4. Год или период создания;
5. Техническая информация о работе:
— материал, на котором сделана работа (подробно); в частности, для бумаги надо указывать ее тип и т.д.; для холста: дублирование, подведение кромок и др.;
— техника исполнения;
— размеры в см: высота × ширина;
6. Состояние работы: надрывы, осыпи красочного слоя, потертости, следы реставрации и пр.;
7. Подпись или ее отсутствие (местоположение, начертание, способ нанесения), соотношение данной подписи с эталонными подписями художника (хорошо, когда добавлены фото эталонов);
8. Все надписи, имеющиеся на лицевой стороне;
9. Описание оборотной стороны: надписи, этикетки или их отсутствие;
10. Провенанс, если таковой имеется, с указанием временных интервалов присутствия работы в той или иной коллекции;
11. Выставочная и аукционная история с указанием (1) точного названия выставки, времени и места ее проведения и (2) точных выходных данных каталога выставки и страницы публикации, если таковые имеются;
12. Публикации (книжные, журнальные, каталожные и пр. с точным описанием);
13. Искусствоведческая часть;
14. Однозначный вывод о подлинности;
15. Дата выдачи и номер (если есть) заключения, фамилия и подпись эксперта.

Проект: Список дополнительных данных, желательных для указания в расширенном экспертном заключении (полное заключение). Дополнительно к краткому заключению:

16. Выводы УФ-исследования;
17. Выводы рентгенографического исследования;
18. Выводы химического исследования;
19. Выводы углубленного искусствоведческого исследования, включающего:
— сравнение с другими произведениями художника и аналитический вывод о месте работы в творчестве;
— для театральных работ: детализация по постановке (спектаклю) с указанием персонажей, аналогично для книжной иллюстрации;
— разбор композиции картины.


Постоянный адрес статьи:
https://artinvestment.ru/invest/misc/20150226_expertiza.html
https://artinvestment.ru/en/invest/misc/20150226_expertiza.html

При цитировании ссылка на https://artinvestment.ru обязательна

Внимание! Все материалы сайта и базы данных аукционных результатов ARTinvestment.RU, включая иллюстрированные справочные сведение о проданных на аукционах произведениях, предназначены для использования исключительно в информационных, научных, учебных и культурных целях в соответствии со ст. 1274 ГК РФ. Использование в коммерческих целях или с нарушением правил, установленных ГК РФ, не допускается. ARTinvestment.RU не отвечает за содержание материалов, представленных третьими лицами. В случае нарушения прав третьих лиц, администрация сайта оставляет за собой право удалить их с сайта и из базы данных на основании обращения уполномоченного органа.


Индексы арт-рынка ARTIMX
Индекс
Дата
Знач.
Изм.
ARTIMX
13/07
1502.83
+4,31%
ARTIMX-RUS
13/07
1502.83
+4,31%
Показать:

Топ 34

На этом сайте используются cookie, может вестись сбор данных об IP-адресах и местоположении пользователей. Продолжив работу с этим сайтом, вы подтверждаете свое согласие на обработку персональных данных в соответствии с законом N 152-ФЗ «О персональных данных» и «Политикой ООО «АртИн» в отношении обработки персональных данных».
Наверх