РАБИН Оскар Яковлевич (1928–2018) Грузовик. 2014
Текущая ставка
100 RUB
Окончание торгов
26 Июл. 2019 12:00:00
БУРЛЮК Давид Давидович (1882–1967) Без названия (Композиция с островами). 1963
Текущая ставка
21 000 RUB
Окончание торгов
26 Июл. 2019 12:00:00
САРЬЯН Мартирос Сергеевич (1880–1972) Караван. 1961
Текущая ставка
21 000 RUB
Окончание торгов
26 Июл. 2019 12:00:00

С Минкульта спросили за вывоз картины Нисского
ARTinvestment.RU   26 мая 2016

Прокуратура считает, что эксперты, аккредитованные Минкультом, занижали стоимость вывозимых на Sotheby’s шедевров, создавали условия для незаконного пересечения границы и допускали другие нарушения

Закрутилось все с того, что «Коммерсантъ» получил в свое распоряжение представление Генпрокуратуры, которая установила, что Министерство культуры «закрывает глаза на злоупотребления экспертов, которые занижают стоимость произведений искусства, что приводит к недополучению налогов с их продажи» и «создает условия для незаконного вывоза культурных ценностей за границу».

Озарение на всех снизошло после проверки, которую инициировало, по словам Владимира Мединского, само же Министерство культуры. Суть претензий прокуратуры можно проиллюстрировать на одном примере.

Два года назад, в июне 2014 года на Sotheby’s был выставлен живописный шедевр Георгия Нисского «Над снегами» 1964 года. Роскошная, музейного уровня вещь, огромный размер (больше полутора метров). Да и провенанс безупречный — из коллекции Международной конфедерации союзов художников (наследница Союза художников СССР). Не удивительно, что эту работу втрое выше эстимейта, почти за три миллиона долларов купил банкир Алексей Ананьев, и сегодня картина Нисского по праву украшает его музей ИРРИ.

Продали. А дальше кто-то задался вопросом: «Позвольте, а как вообще шедевр из собрания Конфедерации оказался на Сотбисе?». Начали копать и выяснили (по информации «Ъ») примерно следующее:

1. Работу вывозил, оформив разрешение на себя как на частное лицо, руководитель конфедерации Масут Фаткулин. Прокуратура сочла это нарушением.

2. Вывоз разрешили на том формальном основании, что работе на тот момент было 50 лет, а скорее, чуть меньше, если вывозили ранее 2014 года. Хотя могли, конечно, запретить, учитывая выдающуюся культурную ценность.

3. Для уплаты 5%-ной пошлины (это если картине насчитали 49 лет) эксперты Минкульта оценили картину в 800 000 рублей. В отличие от Sotheby’s, который оценил ее более чем в 800 000 долларов — в 35 раз дороже.

4. Вероятно, чтобы окончательно навлечь беду на российский Минкульт, британский Sotheby’s продал картину не за 800 000 рублей, а за 102 571 000 рублей — в 128 раз дороже.

В результате Генпрокуратура выразила возмущение: «Да куда же вы смотрели? Стыд у вас есть?». А Минкульт, как в кино, пожал плечами: «Это все из-за Иришки, Иришки Скоробейниковой. Нарушители уже уволены».

Кстати, странно, что уволены. Интересно было бы узнать, за что именно? За небезупречный моральный облик, что ли? Думаю, что выписывающие разрешение эксперты были достаточно благоразумны, чтобы не подводить свои действия под статью. И вполне допускаю, что действовали они строго в рамках тех возможностей, которые предоставляет им закон.

А закон сегодня, по сути, разрешает экспертам делать следующее:

1. Делать оценку для расчета вывозной пошлины вольно, на свое усмотрение. Потому, что стоимость произведения определяет эксперт, аккредитованный Минкультом, а не профессиональный оценщик. Оценивает практически как пожелает. Потому, что специалисту, аккредитованному Минкультом, не нужно подтверждать свою оценку референсными аукционными продажами, приводить методику оценки, составлять официальный отчет. То есть ему не нужно делать всё то, что требуется от обычных профессиональных оценщиков. Поэтому в отдельных случаях так и получается: хочешь — 800 000 рублей, хочешь — 800 000 долларов. Всё едино. И скорее всего, закону не противоречит.

2. Не опираться на Федеральный стандарт оценки культурных ценностей. Потому что никакого стандарта нет. Его проект разрабатывался в 2015 году, но сгинул в кабинетах Минэкономразвития.

3. Пренебречь рядом деталей, включая точные размеры, материалы, техники, название, а то и авторство при описании произведения, для которого выдается разрешение. По идее все это должно быть в экспертизе. Но может и не быть. Потому, что к экспертизе тоже нет четких требований, так как национальный стандарт экспертизы в нашей стране не разработан.

4. Соглашаться на «н/х», даже если явно не н/х, но в экспертизе написано: н/х.

5. Трактовать возраст выпускаемого произведения в широком диапазоне. Например, если в экспертизе написано 1910-е годы, то это как? Если 1918 год, то менее 100 лет, и вывоз может быть разрешен. А если 1915 год и ты раньше предмет не ввозил, то «адью», потому как больше 100 лет. Ну, и для расчета пошлины — всё то же: 49 лет — 5 %, а 51 год — уже 10 %.

Такая система тем не менее работает. Хотя и допускает слишком много субъективного. Теоретически это позволяет кому-то прикрывать глаза на спорные положения и трактовать их в пользу заявителя вывоза. Правда, сегодня чаще бывает наоборот — эксперты Минкульта перестраховываются. В частности, оценивают предметы даже дороже, чем они были куплены реально. А возраст ставят скорее по нижней границе: если написано в экспертизе 1910-е годы, то почти наверняка засчитают как 1910-й, а не 1917-й.

Скандал с вывозом шедевров на зарубежные торги, вполне возможно, повлечет ряд последствий:

1. Ведущие зарубежные аукционы (в первую очередь Sotheby’s и Christie’s) окажутся «под колпаком у Мюллера». Недополученные пошлины — дело государственной важности, поэтому кто-то наверняка начнет листать каталоги аукционов, обращать внимание на эстимейты и отличать 800 тысяч рублей от 800 тысяч долларов.

2. Будет усилен контроль на границе с риском неудобств для добросовестных владельцев, имеющих на руках официальные документы. Там, где слишком повышена бдительность, там высок риск «перегибов» на местах.

3. Наученные горьким опытом, эксперты, аккредитованные Минкультом, при малейших сомнениях будут склоняться к завышению возраста и оценки произведений.

4. Скандал утихнет, а на уровне регламентов все останется, как было. В частности, федеральный стандарт оценки и национальный стандарт экспертизы приняты в ближайшие годы не будут. Оценку для целей вывоза будут делать не оценщики, а эксперты. А столь нужной рынку базы произведений, находящихся в розыске, тоже не появится. Такое мнение.

5. Люди, которые раньше вывозили вещи с «оптимизированной» оценкой, но вполне легально, начнут искать доступ к неофициальным каналам.

И всё это еще полбеды. Ведь чем плохи такие таможенные скандалы? Чем плохо дело Степанова? Чем плохо дело Коха? Чем плох случай с тем же Фаткулиным? Да тем, что новые люди, только вступающие на путь коллекционирования, глядя на все это, подумают: «А стоит ли связываться с русским искусством? А если связался, то стоит ли покупать внутри страны?» То его не вывезешь толком, то еще чего.

Тут бы наоборот поступить, сыграть на опережение: не затягивать гайки, а либерализировать ввоз-вывоз по максимуму, повысить прозрачность процедур, уточнить регламенты, дать людям возможность без опасений распоряжаться своей собственностью и через это повысить привлекательность внутреннего рынка искусства. Чтобы люди не опасались продавать и покупать здесь.

Размечтался? Ну не без этого, конечно.

Источники: kommersant.ru; mkrf.ru; forbes.ru


Постоянный адрес статьи:
https://artinvestment.ru/invest/law/20160526_minkult.html
https://artinvestment.ru/en/invest/law/20160526_minkult.html

При цитировании ссылка на https://artinvestment.ru обязательна

Внимание! Все материалы сайта и базы данных аукционных результатов ARTinvestment.RU, включая иллюстрированные справочные сведение о проданных на аукционах произведениях, предназначены для использования исключительно в информационных, научных, учебных и культурных целях в соответствии со ст. 1274 ГК РФ. Использование в коммерческих целях или с нарушением правил, установленных ГК РФ, не допускается. ARTinvestment.RU не отвечает за содержание материалов, представленных третьими лицами. В случае нарушения прав третьих лиц, администрация сайта оставляет за собой право удалить их с сайта и из базы данных на основании обращения уполномоченного органа.


  • 06.06.2019 Итоги русской недели в Лондоне. Июнь 2019 года. Как сбылись прогнозы AI Предчувствие не подвело. Покупатели были в хорошем настроении, и торги прошли здорово. В первый же день «русской недели» был обновлен топ-10 аукционных результатов для русского искусства. За Петрова-Водкина заплатили почти $12 млн
  • 23.05.2019 Русские торги в Лондоне в июне 2019. Прогноз AI Вы удивитесь, но в этот раз у меня хорошее предчувствие. Думаю, что покупательская активность будет выше, чем в прошлый раз. И цены, скорее всего, удивят. Почему? Об этом будет пара слов в самом конце
  • 13.05.2019 Москва названа четвертым городом в мире по числу миллиардеров Многие считают, что столь высокая концентрация очень богатых людей неизбежно создает адекватный спрос на внутреннем рынке искусства. Увы, масштаб покупок картин в России отнюдь не прямо пропорционален сумме личных состояний
  • 24.04.2019 Цифровизация и арт-рынок. Чего нам ждать в будущем Из прежних прогнозируемых IT-прорывов, на удивление, многое не сбылось. Может, и к лучшему. Есть мнение, что вместо помощи мировые интернет-гиганты ведут нас в западню. И только малая часть самого богатого населения вовремя сориентировалась, что к чему
  • 29.03.2019 Художники недели: «Персонаж Komar & Melamid». 1972–2003 Познакомившимся в морге студентам Строгановки было суждено стать изобретателями соц-арта, зачинщиками «бульдозерной выставки», торговцами американскими душами и самыми узнаваемыми представителями независимого советского искусства в мире
Индексы арт-рынка ARTIMX
Индекс
Дата
Знач.
Изм.
ARTIMX
13/07
1502.83
+4,31%
ARTIMX-RUS
13/07
1502.83
+4,31%
Показать:

Топ 34

На этом сайте используются cookie, может вестись сбор данных об IP-адресах и местоположении пользователей. Продолжив работу с этим сайтом, вы подтверждаете свое согласие на обработку персональных данных в соответствии с законом N 152-ФЗ «О персональных данных» и «Политикой ООО «АртИн» в отношении обработки персональных данных».
Наверх