Интервью с президентом Гильдии оценщиков Михаилом Перченко

ARTinvestment.RU – 08.02.2011, 17:03

Как раз в эти дни в Главном здании ГМИИ имени А. С. Пушкина проходит выставка «Искусство Северной Готики и Ренессанса. Живопись, скульптура, художественная мебель из собрания М. Е. Перченко (Москва)» (о выставке см. здесь, фоторепортаж на форуме AI см. здесь). Вот об этом бы и поговорить с авторитетным коллекционером, владельцем галереи «Старые мастера». Но служба есть служба. И к Михаилу Ефремовичу Перченко — президенту Гильдии оценщиков при Международной Конфедерации антикваров и арт-дилеров ARTinvestment.RU пришел с набором куда более утилитарных вопросов.

М. Е. Перченко — президент Гильдии оценщиков при Международной Конфедерации антикваров и арт-дилеров. Фото: Константин Бабулин, AI

ARTinverstment.RU: Михаил Ефремович, поздравляем Вас с важной выставкой. Но мы по другому поводу. Еще в 2009 году было объявлено об организации профессиональной гильдии оценщиков при МКААД. Потом в течение долгого времени — тишина. Какая сейчас ситуация?

Михаил Перченко: Мы получили документы на Гильдию оценщиков как юридическое лицо только в ноябре 2010-го. Очень уж долго нам не оформляли регистрацию. Но сейчас мы уже приступили к работе и выполнили первые заказы.

AI: Оценку, понятно, можно делать только на подтвержденные вещи. Чьи экспертизы подлинности вы принимаете?

М. П.: У нас очень строгий подход. Вот министерство культуры зарегистрировало 875 экспертов, а мы акцептировали только тридцать (имеется в виду список аккредитованных экспертов МКААД. — AI.). Мы принимаем экспертизу специалистов, зарегистрированных МКААД, оцениваем работу и выдаем бумагу.

AI: Кто из специалистов сегодня входит в Гильдию оценщиков при МКААД?

М. П.: Пока нас только трое: я как президент и два моих вице-президента. По Москве — Олег Петрович Таиров и по Санкт-Петербургу — Михаил Суслов. Скоро на общем собрании будут рассмотрены еще три десятка заявок. Мы ведь можем привлекать к оценке всех экспертов Конфедерации антикваров и арт-дилеров, всех 30 человек. Они, как вы знаете, зарегистрированы по группам. Я, например, специалист по старым мастерам. Оценка по старым мастерам производится мной и Андрианом Мельниковым. Если пришли с русским академическим искусством, то даем на оценку Михаилу Суслову или вызываем Олега Петровича Таирова. Если принесли западноевропейскую живопись XIX века  — это опять же к Андриану Мельникову. Эксперты по своему направлению являются одновременно и оценщиками. Если они не музейные работники, конечно.

AI: Выдачей какого документа Гильдия оценщиков при МКААД завершает работу над произведением?

М. П.: Сейчас мы выдаем документ, который называется не оценкой, а анализом рыночной цены произведения. Связано это с тем, что пока мы не аккредитованы как оценщики в Торговой палате при какой-то гильдии оценщиков. Вот когда мы аккредитуемся при большой гильдии, тогда мы получим право называть выдаваемый документ оценкой.

AI: А что мешает оформиться в качестве профессиональной гильдии?

М. П.: По правилам для того, чтобы зарегистрировать специализированную профессиональную гильдию оценщиков, нужно иметь в составе 300 членов. А откуда их взять? Можно опереться на экспертов МКААД, но их тоже далеко не 300. Сейчас мы вынашиваем планы присоединиться к архитекторам и дизайнерам — им разрешили иметь в составе гильдии оценщиков минимум 50 членов.

AI: Как же выдает оценки АРТ КОНСАЛТИНГ, если неоткуда взять 300 членов для образования гильдии?

М. П.: Они тоже выдают документ, который не называется оценкой, а является собственной формой подтверждения рыночной цены.

AI: Не возникнет ли потом проблем со страхованием или получением кредита под залог у людей, которые согласны на такую форму документа?

М. П.: «АльфаСтрахование» принимает оценку Гильдии для страхования предметов искусства. Альфа-Банк под наш документ может выдать кредит. Вообще, по страхованию у нас за спиной две мощные партнерские структуры — «АльфаСтрахование» и СК «Ростра» (в которой советником генерального директора является Андриан Мельников).

AI: Требуете ли вы какой-то документ, подтверждающий, что человек, представивший работу на оценку, является ее владельцем?

М. П.: Строго говоря, не требуем. Можно сказать, мы верим на слово. Мы считаем владельцем того, на чье имя выдано экспертное заключение о подлинности. Кроме того, некоторые галереи выдают свои сертификаты на имя покупателя. А дальше уже дело страховой компании. Она принимает наши документы и сама знает как ей дальше подойти к этому вопросу.

AI: Получается, что под вещь с вашим документом о цене можно получить кредит (в Альфа-Банке) и застраховать произведение (по крайней мере в «АльфаСтраховании» и «Ростре»), правильно?

М. П.: Да.

AI: А кредит выдают на всю сумму оценки?

М. П.: Нет, с дисконтом около 40 процентов. Это обычная практика.

AI: Злые языки говорят, что в вашем статусе заложен конфликт интересов: сами оцениваете и сами же продаете. В некоторых случаях появляется соблазн завысить цену. Как преодолеть этот конфликт?

М. П.: Во всем мире так. Кто еще может делать оценку, как не человек, каждый день имеющий дело с продажами? Но ситуация с завышением цены практически невозможна. Расчет делается по формуле, и мы никому не идем навстречу — ни чужим, ни своим. Оценивается конкретная вещь — по базам данных, по состоянию, с использованием формулы Соломона и пр. Кроме того, у нас тоже закладывается дисконт по оценке, как во всем мире: от формульной цены стандартно сбрасывается 20 процентов.

АI: А на какой срок вы выдаете документ о цене?

М. П.: Срок действия документа — 10 лет. Но надо понимать, что мы даем оценку на конкретное число. И за десять лет все существенно поменяется. Выход — повторно подавать на оценку в тот момент, когда это нужно.

AI: Ваших координат сейчас нет в интернете. А как вас вообще люди находят?

М. П.: Думаю, уже в этом месяце будет открыт сайт. Пока — да, работает сарафанное радио. Обращения клиентов регистрируются по телефону: 8 (499) 238–22–39 . Так что все желающие могут обращаться. Причем мы можем организовать и экспертизу произведения искусства, если человек пришел на оценку с картиной без заключения.

AI: Сколько стоят услуги Гильдии оценщиков и как долго выполняется заказ?

М. П.: Сама услуга по определению рыночной цены стоит от 500 долларов за вещь. Точная цифра зависит не от стоимости произведения, а от сложности случая. Это, конечно, без стоимости экспертизы. Эксперты, определяющие авторство и подлинность, берут от 1 000 долларов до 3 000 евро. По времени оценка занимает обычно не более 10 дней.

АI: Насколько сегодня востребована услуга оценки? Какова примерная емкость этого рынка? Известно же, что прежде русские коллекционеры не любили страховать свои собрания.

М. П.: Не любили, в том числе и потому, что раньше были трудности с их оценкой, принимаемой страховыми компаниями. С ноября мы уже оценили две крупные коллекции, по 200 картин. С целью страхования. Мы знаем уже десять человек, которые собираются страховать свои коллекции, и коллекции серьезнейшие. Естественно, мы не только беремся за коллекции, но и делаем индивидуальные заказы — на оценку одной картины. А вообще потенциал рынка — до 100 крупных коллекций, многие из которых являются пока секретными.

АI: Секретными? Это когда владельцы — чиновники или бандиты?

М. П.: Нет, бандиты не собирают искусство. Они предпочитают вещи более понятные: золото и бриллианты.

АI: Как организована сама оценочная процедура?

М. П.: Оценщик выезжает на дом, или ему в Москву привозят картину (например, в специальную комнату хранения в ЦДХ, где базируется МКААД). Специалист делает оценку. Потом собирается правление Гильдии, на котором мы рассматриваем оценочный документ и решаем, ставить ли свою подпись. На правлении рассматривается и технология, по которой делалась оценка. Удивительно, но интуитивная оценка эксперта может отличаться от рассчитанной по формуле в пределах 10 процентов — настолько уже глаз наметан. В оценочном заключении пишется, что оценка проводилась по формуле, но по какой формуле — не указываем. В финале клиент получает оценочную папку (куда входит его экспертное заключение, снимки в разных режимах и документ об определении цены).

AI: Если организация дает работам клиентов более высокую оценку, чем ее конкурент, то все клиенты побегут к более «доброму» оценщику. Как с этим справляться?

М. П.: Но если они потом не смогут и близко продать или получить под такую «щедрую» оценку кредит, то тогда они снова вернутся к более честному оценщику. Просто если оценка неправильная, то банк перепроверит и не выдаст кредит под залог такой работы.

AI: Точно, банки наверняка перепроверяют. Мы даже знаем некоторые банки, которые являются подписчиками базы данных аукционных результатов ARTinvestment.RU.

М. П.: Мы даем реальную продажную оценку, то есть определяем, за какие деньги человек на самом деле может продать эту работу в текущий момент времени.

AI: Получается, что честным быть выгодно?

М. П.: Абсолютно.

Вопросы задавали Константин Бабулин, AI и Владимир Богданов, AI