Сегодня в выставочном зале Центра изучения культуры России при Университете Ка Фоскари (Венеция) открывается выставка «Виктор Попков. 1932–1974. Сон и реальность»

Центр изучения культуры России
при Университете Ка Фоскари, Венеция
18 февраля — 20 апреля 2014

Сегодня в выставочном зале Центра изучения культуры России при Университете Ка Фоскари (Венеция) открывается выставка «Виктор Попков. 1932–1974. Сон и реальность». Проект организован Государственным музейно-выставочным центром «РОСИЗО» при Министерстве культуры Российской Федерации при поддержке Арт-Фонда семьи Филатовых и при участии Государственной Третьяковской галереи, Государственного Русского музея, художественных музеев Орла и Волгограда. Руководитель проекта — генеральный директор ГМВЦ «РОСИЗО» Зельфира Трегулова, кураторы — завотделом ГТГ Наталья Александрова и искусствовед Фаина Балаховская. В конце прошлого года рабочий вариант выставки демонстрировался в залах Российской Академии художеств. После венецианских гастролей экспозиция переедет в Лондон. Выставка включена в программы Года туризма России в Италии и Года российской культуры в Великобритании.

Ретроспектива Виктора Попкова, включающая четыре десятка работ художника, многие из которых неизвестны даже российскому зрителю. Это решительный шаг по «переоценке ценностей», попытка нового взгляда на советское официальное искусство, когда-то превращенное стараниями казенной критики в слащавый плакат, а постперестроечной культурологией выкорчеванное под корень по причине политической ангажированности.

Попков был в самом деле обласкан государством, любим публикой, входил в Комитет по Госпремиям — и сам получил ее, но только посмертно. Он неоднократно выставлялся на Венецианской биеннале (так что нынешняя выставка — закономерна и оправданна), был награжден почетной премией 5-й биеннале молодых художников в Париже в 1967 году, в 1972-м его мастерскую посетил во время своего московского визита Ренато Гуттузо (опять итальянский след в биографии!). Попков был абсолютно понятен европейскому зрителю, а творческая судьба его на родине складывалась драматично. Он всегда хотел «оставаться в своем восприятии мира самим собой», желал «быть в замыслах свободным и вольным, быть созидателем, хулиганом, кем угодно, но слушать свои порывы и доверяться им» (цитаты из записных книжек художника).

Именно эти порывы и пытаются реконструировать организаторы выставки, не случайно превращая, как явствует из названия, правоверного реалиста, каким Попков остался в ортодоксальной истории искусства, в визионера, сновидца, мистика-экзистенциалиста. И подбор работ убедительно доказывает эту «перемену участи», смену нашего восприятия этого искусства. Попков и сам менялся на протяжении своей недолгой и трагически оборвавшейся жизни.

Начав с бравурной «Весны в депо» (1958), в которой традиционный соцреализм сопряжен с дерзкими колористическими экспериментами, художник создает икону «сурового стиля» — предстояние «Строителей Братска» (1960-61), где старославянской вязью выписывает свою подпись. Зэков (Попкову пришлось убрать лагерные татуировки на руках персонажей) он превращает в библейских героев, а само полотно строит как театральную постановку-мистерию с трагическим черным задником. Эти строители будто бы пришли из бесконечности потустороннего мира и снова отправятся туда.

Мотив путешествия в царство мертвых станет и в дальнейшем одним из важных в эстетике и творческой философии Попкова. Взгляд из могилы («Он им не завидует», 1962), печальная трапеза («Поминки в Кашире», 1963–1966), мезенские вдовы, помнящие о погибших мужьях и детях, Пушкин с лицом, похожим на посмертную маску («Осенние дожди», 1974) и, наконец, знаменитая картина «Хороший человек была бабка Анисья» (1971). Вечная тема сна как репетиция смерти. «Расстрельный» цикл 1962–1963 годов, посвященный памяти жертв сталинских репрессий. Этого не достаточно ли, чтобы увидеть в Викторе Попкове наследника классической традиции, собеседника Эль Греко и Иеронима Босха?

Мемуарист рассказывает, как Попков нашел на абрамцевском поле мертвую сороку и долго не мог выпустить ее из рук. А потом сорока явилась ему во сне и перекочевала на похороны «бабки Анисьи».

Вот такое «психоаналитическое», «экзистенциальное» исследование творчества одного из самых известных советских художников 1960–70-х годов предлагают организаторы выставки. А для того, чтобы зритель глубже проник в дух эпохи и почувствовал «гений места», экспозиция сопровождается фотографиями классика нонконформистской фотографии Игоря Пальмина, на снимках которого — сам Попков, его друзья, Ренато Гуттузо, а также «ушедшая натура» — жители заброшенных северных деревень, которых так любил писать художник. И это уже реальность, а не сон.

Источник: пресс-релиз ГМВЦ «РОСИЗО»