Рынок экспертизы: профилактический «разнос» или реформа?

ARTinvestment.RU – 03.04.2008, 17:24

Коммерческая экспертиза, один из опорных институтов рынка произведений искусства, входит в фазу реформирования сверху. Насколько тяжелым и затяжным станет этот процесс, покажет время. Но, как известно, в нашей стране реформы гладко не проходят.

Толчком для «наведения порядка», вероятно, стала череда публичных скандалов, преследующая рынок экспертизы с момента знаменитого снятия с торгов Sotheby’s псевдо-Шишкина, оказавшегося Маринусом Куккуком. Тогда фальшивый «Пейзаж с ручьем» едва не был продан более чем за миллион долларов, что для мая 2004 года было фантастическими деньгами для картины русского художника отнюдь не мирового значения. Начали разбираться, и оказалось, что перелицованная вещь сопровождалась заключением, выписанным экспертом авторитетного музея. Потом получило резонанс дело антикваров Преображенских, где фигурировали западноевропейские картины, перелицованные под передвижника Киселева. С технической точки зрения была примерно та же схема. Вдобавок с прошлого года были выпущены три тома каталога подделок, которые, при всех возможных оговорках, не позволяли отрицать масштаба проблемы. А ведь большинство работ из трехтомника были с бумагами. И не с простыми, а с гербовыми. На удивление, замять не получилось.

Первой досталось Третьяковке. 27 марта 2008 года заместитель генерального директора Третьяковской галереи рассказала о предварительных итогах внутренней проверки, сигналом для которой послужила в том числе публикация каталога. В сообщении Tvkultura.ru приводится цитата Лидии Иовлевой: «Мы провели анализ этих работ (очевидно, опубликованных в каталогах подделок. — Ред.) и пришли к выводу, что из 561 картин через Третьяковку прошло 215 произведений, из них 116 получили отрицательный отзыв у наших экспертов, а 96 подделок были признаны подлинниками. Это наши ошибки, и мы их признаем». Что случилось еще с тремя работами, в сообщении не поясняется — можно решить, что их проверка еще не закончена. Впрочем, статистика понятна: почти каждая вторая из исследованных подделок получила положительное заключение Третьяковки о подлинности. Учитывая, что в подтвержденном статусе картина вырастала в цене раз в десять, правильных выводов не сделает только болезненно наивный человек.

Как бы то ни было, но к 2008 году, спустя четыре года после позорного «Шишкина», чиновники дозрели до мысли, что «пора в консерватории что-то менять». И заодно себя обезопасить, юридически дистанцируясь от проблем коммерческой экспертизы, выполняемой под эгидой государственных учреждений. Было решено лишить государственные музеи права выдавать коммерческие заключения от своего имени (Третьяковке уже запретили), а самим экспертам предложили пройти аттестацию в Россвязьохранкультуре, чтобы подтвердить свой профессиональный статус.

В феврале этого года, по некоторым сведениям, такую аттестацию получили 450 специалистов по культурным ценностям. 24 марта А. И. Вилков, заместитель руководителя Россвязьохранкультуры, в интервью радиостанции «Эхо Москвы» сказал, что аттестацию прошли 800 человек. Но в обоих случаях, признаться, сжатые сроки и широкий масштаб такой аттестации смущают так же, как объективность массовой диспансеризации в советские времена (по принципу: жалобы есть? — жалоб нет — следующий).

Конечно, статус аттестованного эксперта не автоматический, не на всю жизнь. Его могут лишить при систематическом совершении ошибок. По планам, случаи профессиональных ошибок будут рассматриваться экспертным советом при Россвязьохранкультуре (он только планируется, еще не создан), а по результатам рассмотрения возможно принятие административных мер. Когда совет будет создан, то, по словам Вилкова, в числе первых вопросов планируется рассмотреть ошибки, допущенные экспертами Третьяковки. «И только профессиональное сообщество может дать оценку, ошибка это или что», — заключил Вилков на «Эхе». По поводу последствий замглавы Россвязьохранкультуры пообещал следующее: «Если будут достаточные основания, мы лишим аттестации объявлением о том, что такие-то эксперты, ввиду того-то, лишены права заниматься этим видом экспертизы. Второе: конечно, мы направим представление в Третьяковскую галерею о целесообразности использования таких специалистов».

Сейчас в Третьяковской галерее уже работает комиссия Россвязьохранкультуры, которая примерно через месяц может дать свое заключение о происходящем в течение многих лет.

Кроме поиска виноватых и организационной реформы Россвязьохранкультуры планирует и ряд просветительских шагов, направленных на исправление ситуации: планируются совместные консультации специалистов из разных музеев, а в той же Третьяковке будет создан банк данных эталонных произведений.

Итак, что более-менее понятно на сегодняшний момент? Экспертизу будут делать не музеи, а аттестованные эксперты в частном статусе. Заключения будут не на бланках Третьяковки, а на каких-то других. Аттестацию будет проводить Россвязьохранкультуры. Причем, судя по масштабу аттестации, право заниматься экспертизой сначала получат почти все обратившиеся специалисты. Потом уже разбирать профессиональные ошибки и ходатайствовать о принятии административных решений будет экспертный совет, который сформирует Россвязьохранкультуры.

И тут начинаются вопросы. Прежде всего, совет будет состоять из тех же экспертов, каждый из которых может лишиться статуса по решению того же самого совета? Не скажется ли это на качестве принимаемых решений?

Потом, что изменится для заказчиков экспертиз: коллекционеров, галерей, инвесторов?

Пока похоже, что особо ничего не изменится: самим по себе гербовым бумагам никто из разбирающихся людей давно не верит — только с конкретными фамилиями экспертов. Другое дело, что произвести впечатление на новичков каким-нибудь эффектным бланком не удастся. И то хлеб.

Дальше, станут ли эксперты, за спиной которых формально больше не стоит музей, более взвешенно делать выводы? Вполне возможно. Речь идет об оказываемой договорной услуге, значит, в случае чего возможны правовые последствия. Другое дело, что институт страхования профессиональной ответственности в стране развит слабо. Порой при всем желании не застрахуешь. Но, может, что-то тогда и сдвинется. Страхуют же профессиональную ответственность аудиторов. Может, и эксперты смогут застраховать свою?

Судить, работает задуманная реформа или нет, можно будет по первым разбирательствам экспертного совета. Если аттестованного эксперта будут реально лишать статуса, то один разговор. А если возобладает ложная солидарность и все будут спускать на тормозах, ограничиваясь общественным порицанием, то грош цена всем государственным аттестациям. Время покажет.

А пока же сдается, что наиболее эффективно в рамках такой реформы решается только одна задача — снятие репутационных рисков с государственных учреждений. Теперь даже формально нельзя будет заподозрить в недобросовестности ту же Третьяковку — только конкретного человека. Если, действительно, смысл состоит преимущественно в этом, то реформа уже удалась. Вот только продавцов и покупателей интересуют несколько другие проблемы.

Не дожидаясь плодов реформы сверху, профессиональные участники рынка, работающие «на земле» антиквары и арт-дилеры стараются взять процесс в свои руки. Свой отсев экспертов, реформа снизу, самостоятельный поиск ответа на вопрос о том, кому доверять, проводятся под эгидой Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров (МКААД, www.icaad.ru), своего рода профсоюза работников арт-рынка, образованного в 2004 году. Работа по формированию своего списка авторитетных экспертов началась, конечно, не вчера. Несколько лет Конфедерация проводила анкетирования антикваров: на Салонах делались опросы профессионалов с целью составления списка компетентных специалистов. Где кандидат работает, в частном секторе или в государственном музее, является сотрудником лаборатории или практикующим, хорошо разбирающимся арт-дилером, было не важно. Значение имели только профессиональные критерии. На основании собранных в опросах данных Конфедерация сформировала рейтинг экспертов по различным направлениям искусства. Кандидатуры, набравшие наибольшее количество баллов, были выставлены на голосование внутри Конфедерации. Внутри каждой профессиональной секции за эксперта, согласно регламенту Конфедерации, должны были быть отданы 2/3 голосов, а победители получали право пройти аккредитацию МКААД. Уже известно, что по первым итогам Конфедерация аттестовала и планирует опубликовать фамилии 14 экспертов, которые пользуются авторитетом по своим направлениям (обычно эксперт имеет высокую компетенцию по творчеству лишь двух-трех художников). Список аттестованных экспертов Конфедерации антикваров и арт-дилеров будет расширяться по мере того, как профессиональные секции будут выдвигать на голосование своих экспертов. Пока еще определились не все. Но это, конечно, будет далеко не 450–800 аттестованных экспертов, как в планах Россвязьохранкультуры. Идея реформы снизу — взять не числом... А там уж рынок рассудит.

Источники: www.tvkultura.ru, www.echo.msk.ru