Современное и послевоенное искусство на торгах в Лондоне. Грядет ли «февральская революция»? Часть 1. «Молодые львы». Контемпорари-арт на Sotheby’s и Christie’s

ARTinvestment.RU – 30.01.2009, 06:59

Открытые торги современным искусством в условиях нестабильности заставляют кровь многих покупателей бежать быстрее. Думаю, даже искренние ценители современных творческих экспериментов не станут отрицать, что рынок этот в последние годы заметно «пузырился». Вместо ценителей (у них таких денег нет) в галереи и на аукционы набежали всевозможные «портфельные инвесторы» и топ-менеджеры, которым «ухаживать некогда». Разобраться действительно сложно. В статьях критиков-интеллектуалов и выставочных каталогах сам черт не разберется — это правда. Вот и приходилось ориентироваться на консультантов, которые быстренько объясняли, что «круто», а что нет. И вопрос объективной рыночной цены, как правило, не стоял, потому что планов скорой перепродажи большинство покупателей не строило. А тут аукцион. А аукцион бесстрастен. Он — всему проверка. Поэтому таких событий и ждут с замиранием сердца. Только они, а никакие не исследования, могут дать ответ, как «держат удар» признанные мастера контемпорари-арта. А заодно сравнить, как в тех же условиях ведут себя их учителя — послевоенные формалисты.

Несколько слов об информационном фоне, который складывается ближе к открытию серии профильных торгов современного искусства. Сначала — «занимательная математика». К концу января индекс ARTIMX Contemporary Art вышел на отметку 2 695 пунктов — чуть выше уровня, на котором он находился и год назад. Скептики заметят, что с ноября прошлого года индекс здорово «скис», ведь на пике достигались значения в 3 117 пунктов (вероятно, на новостях о вызывающей распродаже Херста). Так что вроде бы, с одной стороны, хвастаться нечем, а с другой стороны, на такую проблему, как отсутствие роста, нынче жаловаться не принято — все нормально.

Вторая составляющая информационного фона по мере приближения даты торгов — увеличение числа «мягких» скандалов, позволяющих привлечь внимание публики к «самым-самым» именам в современном искусстве. Наверное, для того, чтобы Ричарда Принса с Андреасом Гурски не путали. Уже? Так для того ведь и существует пиар. Для иллюстрации жанра повод, например, такой: Принса обвинили в нарушении авторских прав. Эка невидаль! Всех на плагиате «цепляли» — и Херста, и Кунса. Зато публике можно лишний раз рассказать, что Принс — художник-аппроприатор, он не просто так «подворовывает» чужое, а придает «заимствованным» изображениям новый смысл. Такой вот не шибко изощренный пиар: вроде бы и неправ, но все ж какой обаятельный забияка-молодец — творческой натуре простительно. И кстати, скоро у всех вас будет возможность побороться на аукционе за его шедевры. Так же как за шедевры Кунса, выставку которого в Версале недавно пытался через суд запретить наследник Бурбонов.

Третья новость, дополняющая фон, — уже из разряда аналитично-юмористических. В январе агентство Bloomberg рассказало об исследованиях британского агентства ArtTactic. Лондонцы опросили почти полтораста (!) коллекционеров, дилеров и арт-консультантов по обе стороны океана с целью выявить мнение — кто из 46 известных современных художников сохранит свои позиции в будущем. Причем далеко заглядывать не стали — на 10 лет достаточно. Призовая шестерка получилась следующая: Герхард Рихтер (распространенная практика не делать различий между «ныне живущим» и «современным»), Джефф Кунс, Синди Шерман, Роберт Гобер, Билл Виола и Ричард Принс. Источник основных движений и треволнений сегодняшнего рынка «контемпорари», — Дэмиан Херст затерялся где-то на 21 месте. А «замыкающими» стали Дэвид Салле, смутьяны братья Чепмены и Франц Аккерман. Все может быть. Разница в классе и значении этих фигур респондентов не смутила. Поэтому как относиться к этому «индексу доверия», каждый пусть решает сам. Мне почему-то в роли респондента представляется этакий закаленный коллекционер с серьезным лицом, который, послюнявив палец, пытается не только определить направление арт-ветра, но и предсказать погоду на десять лет вперед.

Смех смехом, но, при всей натянутости методики, теми же фамилиями, знакомыми по рейтингу, оперируют и аукционисты — устроители ближайших торгов современного искусства. В полном соответствии с этой же рейтинговой иерархией выпустили вперед «бронебойных» Рихтера, Кунса, Шермана (это ведь, кажется, тезка танка?). А потом придали им в прикрытие «пехоту» с рейтинговым «доходягой» Херстом, Куинном и другими «мураками». Совпадения ассортимента и сортировки по вечерним и дневным сессиям удивительны. Что Sotheby’s, что Christie’s — смотришь на каталоги, и возникает такое ощущение, что конкуренты не только подглядывают друг у друга, но еще и списывают. Вечерние торги по набору имен — это, условно, «галерея Гагосяна на выезде»: рядом с Капуром, Херстом, Кунсом и другим модным контемпорари расположились послевоенные заслуженные «старики»-формалисты Пьеро Манцони, Лучио Фонтана, Герхард Рихтер, Энди Уорхол, Марк Ротко, Фрэнсис Бэкон, Дэн Флэвин и др. В свою очередь имена дневных торгов — это, условно говоря, «филиал галереи Татинцяна»: Питер Хелли, Джордж Кондо, Тал Р, Энтони Гормли, Вик Мюнис. Понятно, что художники это общие, многие работы с бытованием в собраниях Гагосяна и Саатчи. Отличие в том, что за прошедшие два года работы этих сложившихся художников привозились и продавались в Москве (преимущественно галереей Татинцяна) в рамках групповых и персональных выставок. Не знаю, многие ли видели живьем выставки Херста в лондонском White Cube или Кунса в парижском пригороде, а вот Хелли и Кондо можно было комфортно посмотреть на Ильинке. Стоит признать, что в последние год-полтора сформировалось качественно иное представление о западном послевоенном и современном искусстве. Москву быстро и напористо вывели по этой теме из режима «клуба кинопутешественников» в режим «вы — очевидец». Что ни фамилия, так вспоминается… ага, этого на «Красном Октябре» показывали, а этого — на Ильинке. Приятно. А теперь, когда мы всех знаем, проще будет обсуждать конкретные предложения на февральских Sotheby’s и Christie’s.

ДЖЕФФ КУНС Пирамидка. 1988. Экземпляр 3 из 3 Дерево, см. т. 154,9 х 134,6 х 78,7. Эстимейт: 2,2–3,2 млн фунтов. Лот № 15. Sotheby’s. 05.02.09 Прогноз AI: ближе к нижнему эстимейту или «не продано»

Когда любимец буржуазии, автор самой дорогой работы среди ныне живущих художников, привычно критикует буржуазность — это умиляет. Джефф Кунс лечит подобное подобным: ударить китчем по китчу, а если проскальзывает вульгарность, то ее надо ловить и возводить на пьедестал, дабы глупость каждого была видна. Примерно этими, а возможно, и более глубокими мотивациями оперировал Кунс, когда создавал одну из самых своих успешных скульптурных серий «Банальность». Полутораметровая деревянная скульптура «Пирамидка» — это оттуда. Не стоит искать в ней аллюзий на тему бременских музыкантов. Персонажи не сходятся, да и вообще. Сам художник намекает, что сюжет иллюстрирует рациональное и иррациональное в политическом устройстве. Хоздвор Оруэлла? Ну, это уж слишком иносказательно. Ведь Кунс — художник-аппроприатор. Голову долго не ломает — образы ему подсказывает сама жизнь. Рискну предположить, что слащавых свинок-птичек он подсмотрел в какой-нибудь сувенирной лавке. Узнаем, если очередной мастер народных промыслов подаст на него в суд. Техническое совершенство «Пирамидки» тоже не случайно: замысел художника воплощала группа мастеров, специально приглашенных из Италии и Германии. Но и это уже обычная практика. Творец ограничивается замыслом. А уж самому строгать, да еще и в трех экземплярах… С учетом тиражности представленной на торги работы, ее избыточной метафоричности, а также усиления критического отношения к творчеству художника, есть опасения, что «Пирамидке» будет не просто найти покупателя за заявленные 2,2–3,2 млн. фунтов. Поэтому прогноз AI — ближе к нижнему эстимейту или «не продано».

Не особо радужные перспективы AI предрекает и картине Кунса «Обезьянки» 2003 года, выполненной в эстетике фотореализма. Продаваться будет 11 февраля на Christie’s. Кунс вообще испытывает творческую слабость к надувным игрушкам и шарикам. Обезьянки — каких надувают газом из баллонов на праздниках, детям на радость. Но Кунс верен себе: антураж и позы персонажей подобраны так, что в детской им точно не место. Эстимейт: 1,4–2 млн фунтов. В прежние времена картина ушла бы на раз, но в феврале 2009 года — вряд ли.

ДЖЕФФ КУНС Обезьянки. 2003. Холст, масло 274,9 x 213,4. Лот № 5. Christie’s. 11.02.09. Прогноз AI: «не продано»

ДЭМИАН ХЕРСТ Темные дни. Холст, см. т. 213,4 х 213,4. Эстимейт: 250–350 тыс. фунтов Лот № 14. Sotheby’s. 05.02.09. Прогноз AI: 700 тыс. фунтов

Херста на предстоящих торгах будет мало. Всего работ пять или около того. Видно, покупателям дают время прийти в себя после тотальной распродажи закромов лидера брит-арта, которая прошла в конце прошлого года на Sotheby’s. История вышла шумная. Специалисты предрекали, что шаг для рынка работ самоубийственный. С оговоркой, что было бы так для любого другого художника, но Херсту все может сойти с рук. Вскоре появились сообщения, что цены на произведения Херста падают, затоваривание, и все такое, в то время как самому маэстро все нипочем, «дело житейское». Правда или нет — все возможно. Определенно известно лишь то, что Херста исторически окружает слишком много «драматургии». Желающих покачать лодку, сыграть на повышение или понижение всегда было предостаточно. Так что делать выводы о кризисе на рынке работ художника преждевременно. И вообще «похороны» Херста — опять же превосходный повод для пиара.

Выставляемое на Sotheby’s сердечко «Темные дни» — очень узнаваемая «циклическая» работа огромного размера, высоко декоративная, способная стать украшением любого собрания современного искусства. Да еще и с символическим значением. Херст пожертвовал эту работу Фонду Виктора Пинчука, чтобы сборы от ее реализации были направлены на благотворительную программу «Колыбели надежды» по созданию специализированных Центров оказания помощи новорожденным по всей Украине. Эстимейт работы составляет до 350 тысяч фунтов. Отметая ряд рациональных доводов, AI прогнозирует уход по значительно более высокой цене — например, 700 тысяч фунтов.

Формально в значительно меньшие деньги обойдутся покупателям работы Херста, относящиеся к его известному фармацевтическому циклу. Правда, у AI есть сомнения в том, что на вид обычный аптечный шкафчик купят за предусмотренные эстимейтом 70-90 тысяч фунтов. Оправданной такую покупку точно не назовешь. Та же участь, вероятно, постигнет аналогично оцененный холст без названия с глянцевыми кружочками. 90 тысяч фунтов сегодня — too much. К тому же он еще и маленький.

ДЭМИЕН ХЕРСТ Ой. 1997. ДСП, стекло, упаковки лекарств. 38,1 x 76,2 x 15,25. Эстимейт: 70–90 тыс. фунтов. Лот № 181. Christie’s. 12.02.09 Прогноз AI: «не продано»

ДЭМИЕН ХЕРСТ Без названия. 1995. Холст, см. т. 38,4 x 42. Эстимейт: 70–90 тыс. фунтов. Лот № 108 Christie’s. 12.02.09. Прогноз AI: «не продано»

А вот пошли знакомые все лица. Работы Гормли, Хелли, Тал Р, Кондо можно было видеть и в России — в галерее Татинцяна. Аскетичное «Другое время IV» скульптора Энтони Гормли — это почти два метра и около 600 кг металла с эстимейтом 150–200 тысяч фунтов. У этого железного андроса есть еще четыре брата-близнеца. И бесчисленное количество «коллег». Два года назад похожие скульптуры поставили на уши многих жителей Лондона. В рамках арт-проекта почти три десятка чугунных персонажей расставили на крышах домов, и народ с перепугу начал набирать телефоны спасателей, опасаясь за намерения «самоубийц». Властям пришлось проводить разъяснительную работу, чтобы успокоить горожан. Потом история повторилась на пляже возле Ливерпуля, но там против чугунной армии восстали даже экологи, потому что статуи распугивали не только купальщиков, но и птиц. Впрочем, все эти милые скандалы только повысили узнаваемость художника и, соответственно, его капитализацию. Так что теперь 200 тысяч фунтов верхнего эстимейта отнюдь не кажутся несбыточной мечтой. AI тем не менее сделает более осторожное предположение: ниже эстимейта, 130 тысяч фунтов, если позволит резерв. В Англии, как и в России, сложнее продаются вещи, которые нельзя повесить на стену. Хотя ворон тоже много.

ЭНТОНИ ГОРМЛИ Другое время IV. 2007 Металл Существует в 5 экземплярах. 191 х 59 х 34 Эстимейт: 150–200 тыс. фунтов. Лот № 181. Sotheby’s 06.02.09 Прогноз AI: 130 тыс. фунтов

ДЖОРДЖ КОНДО Французская горничная. 2005 Холст, масло. 114,3 х 96,3. Эстимейт: 80–120 тыс. фунтов. Лот № 161. Sotheby’s. 06.02.09 Прогноз AI: 70 тыс. фунтов

«Французская горничная» Джорджа Кондо тоже недаром выглядит так знакомо. В конце прошлого года в Москве завершилась представительная выставка его работ как раз из этого цикла. Экзистенциальные портреты Кондо рассчитаны на подготовленного зрителя. Без знания предыстории будут сбивать с толку пересечения с визуальными идеями Пикассо. Тогда оценить авторский абсурдизм и логику фиксации эмоционального пика персонажа будет гораздо сложнее. Ценовой прогноз AI — чуть ниже эстимейта.

ПИТЕР ХЕЛЛИ White cell with coduit. 1986. Холст, акрил, см. т. 148 х 285. Эстимейт: 30–40 тыс. фунтов Sotheby’s. 06.02.09. Прогноз AI: 25 тыс. фунтов

Работа Питера Хелли 1986 года, побывав в коллекции Саатчи, галерее Гагосяна и в частном собрании, вернулась на аукцион. Название без контекста не переводимо — White cell with coduit. Абстракция: есть белый объект, есть черный, есть «интерфейс» (зона взаимодействия). Вот уже одно название — хороший предмет для исследования новому владельцу. Эстимейт в 30–40 тысяч фунтов AI кажется высоковатым, а размер слишком большим. С другой стороны, это все-таки вещь двадцатилетней давности. Да, возможность «шикануть» в разговоре, что раньше вещь была в коллекции Саатчи, тоже чего-то да стоит. Сейчас Хелли делает вещи другие, жизнерадостные до кислотности, что понравится не всем. Мнение AI — 25 тыс. фунтов.

Творчество американского художника бразильского происхождения Вика Мюниса хорошо знакомо московскому зрителю. Два года назад он представлял в столице «Русский проект» — репродуцирование в авторской технике сюжетов музейных шедевров русской живописи — от Верещагина и Машкова до Родченко и Малевича. Метод Мюниса — составление мозаики по сюжету картины из разных материалов (порошки, куски металла, игрушки, обломки и пр.), потом фиксация на пленку, печать постера малым тиражом и уничтожение оригинала «мозаики». Карьера Мюниса складывается очень успешно. Работы широко представлены на галерейном рынке, плюс обширная история аукционных продаж (более 300 аукционных результатов только по принтам), да еще и крепкие результаты. Например, два года назад метровую фотографию а-ля Уорхол «Девять Джеки» продали за 90 тысяч долларов. Представленная на февральских торгах «Черная Мэрилин» (чувствуете, тоже уорхолловская тема) оценена значительно скромнее — 20–30 тысяч фунтов. Прогноз AI — ближе к верхнему эстимейту. А лучше брать сразу шахматную пару: к черненькой красотке — такую же, но инверсивную, белую, которая тоже представлена на торгах.

ВИК МЮНИС Черная Мэрилин. 2003. Фотопечать 101 х 93. Экземпляр 1 из 5. Эстимейт: 15–20 тыс. фунтов. Лот № 177. Sotheby’s. 06.02.09 Прогноз AI: ближе к верхнему эстимейту

ТАЛ Р Байкеры из Зеро. 2002. Холст, масло, акрил, см. т. Эстимейт: 30–40 тыс. фунтов. Лот № 110 Christie’s. 12.02.09. Прогноз AI: по нижнему эстимейту или «не продано»

Завершая тему «старых знакомых» (которых можно было репрезентативно посмотреть в Москве), стоит обратить внимание и на лот из дневных торгов Christie’s. Тал Р 2002 года. «Байкеры из Зеро» (или из Ниоткуда?) — возможно, так следует перевести его Riders from Zero. 12 февраля за яркий декоративный двухметровый холст (масло, акрил, см. т.) попросят 30–40 тысяч фунтов. По мнению AI, риск неудачи при такой цене велик, но вероятна покупка по нижнему эстимейту. Тал Р — молод и нельзя сказать, что суперстар в мире контемпорари. Но вещь энергичная, «напряженная» (как говорил Лев Нусберг), так что шансы есть.

РИЧАРД ПРИНС Без названия (Ковбой). 2001 Фотография. 52,7 x 131. Эстимейт: 240–280 тыс. фунтов. Лот № 24. Christie’s. 11.02.09 Прогноз AI: по нижнему эстимейту

Суперстар — это Ричард Принс. Знатокам и публике он полюбился своими фотоаппроприациями, заимствованиями фактуры с привнесением новых смыслов. На практике это реализовывалось примерно так: переснимаешь в глянцевых журналах рекламу «Мальборо» с ковбоями и горбатыми горами, коллажируешь (не обязательно), кадрируешь и печатаешь крупным форматом. После подведения определенного грамотного идеологического обоснования произведение попадает в крупный музей и начинает стоить сотни тысяч долларов. Чуть не забыл: на всем этом пути нужна фантастическая удача — главная составляющая современного искусства на пути к признанию. Технологичность работ Принса у многих вызывает иронию. Но с другой стороны, кто сказал, что современный художник обязан ходить в отвисшем свитере, перепачканном краской? Вовсе не обязательно. Важна смелость идеи, новаторство. Кто, в конце концов, решил, что журнальные коллажи не могут висеть в МОМА? Тем более, если в них действительно есть дух Америки и воплощение определенного образа жизни?

Короче, ценители ковбойской серии Принса могут совершить отличную покупку на вечернем Christie’s 11 февраля. Потрясающей красоты фотография глянцевого фотографа с всадником на фоне зеркала водной глади будет продаваться с эстимейтом 240–280 тысяч фунтов. Среди преимуществ — очень комфортный размер и узнаваемость (никому не нужно будет объяснять, что это Принс). Прогноз AI — по нижнему эстимейту.

А вот ценителям «интеллектуальной линии» в творчестве Принса можно обратить внимание на его живописную цитату «Продавал шелк во Флориде», которая будет выставлена на Sotheby’s 6 февраля 2009 года. Небольшой холст является тиражным — экземпляр 3 из 5. Как мне это нравится — тиражный холст! Кроме глубинного смысла, он содержит фрагмент текста — диалог на Бродвее с мужчиной, который впервые за полгода увидел белую женщину, потому что продавал шелк во Флориде. Возможно, выдержка из американской классики. Цитата хорошая, но 35 тысяч фунтов эстимейта — вряд ли это поймут в Европе, каким бы островом себя не считала Британия.

РИЧАРД ПРИНС Без названия (Шелк во Флориде) 1987. Холст, масло, см. т. 61 х 45,7. Экземпляр 3 из 5 Эстимейт: 25–35 тыс. фунтов. Лот № 202. Sotheby’s 06.02.09. Прогноз AI: «не продано»

МАРК КУИНН Биогеохимия. 2006. Холст, масло 169,5 х 264. Эстимейт: 80–120 тыс. фунтов Лот № 179 Sotheby’s. 06.02.09. Прогноз AI: в пределах эстимейта, ближе к нижней границе

Современный фотореализм Марка Куинна, еще одной суперстар, — это определенный выход в том числе для тех, кто не желает отставать от моды и хочет порождать информационные поводы, оставаясь при этом в рамках естественных визуальных образов. Художник, конечно, наводит тень на плетень — из серии «вам кажется, что вы все понимаете с первого взгляда, а на самом деле все не так». На досуге можно подумать. А вообще хочется простого — чтобы на стене висел нормальный натюрморт, но при этом все гости понимали, что это самая «крутизна» — Марк Куинн, а не просто фрукты на тарелке. «Крутизна» на Sotheby’s 6 февраля оценена в 80–120 тысяч фунтов. Ее проблема — почти трехметровый размер. Но, по мнению AI, покупатели предпочтут все же расстаться с такими деньгами ради сочной клубники и прочей позитивной экзотики. Прогноз — в пределах эстимейта, ближе к нижней границе. А через несколько дней, 12 февраля на Christie’s будет продаваться очень похожий сочный фруктовый натюрморт Куинна за аналогичные 80–120 тысяч фунтов. Те же фрукты, высотой 2,5 метра, припорошенные льдом. За это, возможно, композиция и получила название «Лавина». Кстати, фрукты на ней посвежее, 2008 года — надо брать.

МАРК КУИНН Лавина. 2008. Холст, масло 251,4 x 167,6. Лот № 122. Christie’s. 12.02.09 Прогноз AI: 80 тыс. фунтов

АЛЕКСАНДР КОЛДЕР Формы. 1970. Бумага, гуашь. 74,5 х 107,7. Эстимейт: 15–20 тыс. фунтов Лот № 153. Sotheby’s. 06.02.09. Прогноз AI: 30 тыс. фунтов

На фоне цен «контемпорари» сиротливо смотрится эстимейт в 15–20 тысяч фунтов на метровую гуашь Александра Колдера. 1970 год, 107 сантиметров ширины, имя, регистрация в фонде художника и 20 тысяч, которые сегодня просят за любого модного выскочку. Куда катится этот мир?

Вот, например, Бэнкси. Модный псевдо-загадочный псевдо-граффити-райтер. Тиражный акрил выставляется за 20–30 тысяч фунтов. Пишут что экземпляр 5 из 25! Представляете? Бэнкси — постоянный герой лондонских газет. Мне кажется, его зрители четко делятся на тех, кто искренне восторгается его свободой и неуловимостью, и тех, кто видит за всем происходящим большую пиар-машину и грандиозное лукавство. Для последних Бэнкси — одиозное творение, призванное заполнить лакуну, образовавшуюся после смерти Жана-Мишеля Баскии. Нужен известный, прирученный граффити-райтер. В ответ на спрос появляется некий субститут, как группа «Технология» после Depeche Mode и «Янг Ганз» после Guns-n-Roses. Злые языки — чего ж с них взять. В общем, встречайте: Бэнкси, «Дети на оружии», 2003 год, миру — мир. AI за мир — горой, но двадцать тысяч — это двадцать тысяч. Мнение AI — не продадут.

БЭКНСИ Дети на оружии. 2003. Холст, акрил, аэрозоль, см. т. 50,8 х 50,8. Экземпляр 5 из 25 Эстимейт: 20–30 тыс. фунтов. Лот 171. Sotheby’s 06.02.09. Прогноз AI: «не продано»

Тем более что, если добавить еще столько же, то можно купить настоящего Баскию. Теоретически. Есть ощущение, что его картина «Без названия» («Череп»), выставленная с эстимейтом 50–70 тысяч фунтов наверняка без борьбы не уйдет. Работа 1983–1984 годов, периода совместной работы с Уорхоллом. Небольшая (50 x 39), что для «крупноформатного» Баскии даже в плюс. И, что важнее, очень декоративная, особенно для тех, кому близка тема изображения черепа в искусстве. Ее недостаток — эклектика в носителе. Работа выполнена масляными мелками и акрилом на бумаге и положена не плексиглас, который также выполняет фоновую функцию.

ЖАН-МИШЕЛЬ БАСКИЯ Без названия (Череп) 1983–1984. Бумага, плесиглас, масляные мелки, акрил, см. т. 50 х 39. Эстимейт: 50–70 тыс. фунтов Лот № 161. Christie’s. 12.02.09 Прогноз AI: 110 тыс. фунтов

В целом настроение торгов в части современного искусства (именно контемпорари) — осторожный оптимизм. Ажиотажа никто не ждет. Все будет предельно рационально и расчетливо. Примечательно, что мало материала спекулятивного — тех же китайцев. Они есть, но их непривычно мало. Радует, что есть выбор качественных работ и что эстимейты стали разумнее. А тут еще курс фунта приблизился к евро, что дополнительно подхлестнет инициативу европейских покупателей. Ожидания, что вот-вот сейчас рынок все расставит на свои места и контемпорари получит хороший импульс к росту, тоже вряд ли оправдаются. Революции сейчас никому не нужны. Время такое, что впору жить по пословице «отсутствие новостей — это хорошие новости». Пословица, кстати, английская.

Владимир Богданов, ARTinvestment.RU