Сегодня в Тейт Модерн открывается ретроспектива Яеи Кусамы

ARTinvestment.RU – 09.02.2012, 17:24

Музей Тейт Модерн, Лондон, 9 февраля — 4 июня 2012

ЯЕИ КУСАМА
Наваждение. Париж, 2008
Инсталляция
Источник: economist.com


ЯЕИ КУСАМА
Комната самозабвения
Инсталляция
Источник: theartnewspaper.com

Яеи Кусама (Yayoi Kusama) с детства использует искусство для борьбы с расстройством собственной психики, в особенности с тем устрашающим состоянием, когда у нее возникает иллюзия потери собственной личности: в такие моменты граница между ее «Я» и окружающим миром неожиданно размывается.

Имя Кусамы, которой сейчас 82 года, гремело в 1960-е годы в Нью-Йорке, однако ее творчество было почти полностью забыто в 1970-х, когда она вернулась обратно на родину, в Японию, и поселилась в психиатрической клинике, где и живет до сих пор. Сегодня ее звезда вновь восходит. В 2008 году одна из работ Кусамы ушла с аукциона за 5,8 миллиона долларов, став на тот момент вторым по стоимости произведением изобразительного искусства, созданным женщиной.

В прошлом году ретроспектива Яеи Кусамы побывала в Музее Королевы Софии в Мадриде и парижском Центре Помпиду. Теперь выставка добралась до Лондона: сегодня экспозиция работ Кусамы открывается в музее современного искусства Тейт Модерн, а в июле она отправится в Нью-Йорк, где полвека назад начиналась карьера Кусамы, и будет представлена посетителям Музея Уитни (Whitney Museum).

Свой первый вклад в историю послевоенного искусства Кусама сделала еще в конце 1950-х, когда начала создавать крупные абстрактные монохромные работы, которые при ближайшем рассмотрении оказывались состоящими из множества сливающихся мелких точек. Эти работы стали ответом Кусамы абстрактным экспрессионистам, в особенности методу «капанья», изобретенному Джексоном Поллоком (Jackson Pollock). Именно благодаря этим работам Кусаму числят среди предтеч важного художественного направления — минимализма.

Полотна 1950-х годов Кусама называла «сетями для бесконечности». По словам самой художницы, они защищали ее от той идущей изнутри пустоты, которой она больше всего боялась и боится. В 1961 году она создала такую картину-«сеть» длиной 10 метров — эта работа вполне передает и степень страха, и степень амбиций художницы. Свои «сети» Кусама продолжает «плести» до сих пор, с той лишь разницей, что из монохромных они сделались цветными. Эта бесконечная серия работ Кусамы предвосхитила такой же бесконечный цикл Дэмиена Херста (Damien Hirst) на ту же самую тему цветных кругляшков.

Кусама также является одним из первопроходцев искусства инсталляции. В 1963 году в галерее Gertrude Stein была выставлена ее работа «Скопление: выставка тысячи лодок» — лодки, наполненная фигурками фаллической формы, была размещена в зале, обклеенном 999 черно-белыми фотографиями этой же лодки. Эта работа, соединившая сюрреализм и поп-арт, стала вехой и знаком того, что изобразительное искусство вышло за границы полотна и рамы, придя в трехмерный мир. Три года спустя, в 1966 году, Энди Уорхол повторил этот прием в своей работе «Обои с коровой». О Уорхоле Кусама говорила: «Мы были как два предводителя враждующих кланов, как враги, преследующие одни и те же цели».

Следующим важным проектом художницы стали «комнаты бесконечных зеркал». Этот цикл также растянулся на годы. Одно из последних произведений серии представляет собой зеркальную комнату, украшенную сотнями маленьких лампочек, бесчисленное число раз отражающихся в потолке и стенах; пол помещения покрывает вода. Зеркальные комнаты — пример того, как Кусама трансформирует собственные страхи, черпая в них вдохновение для создания наполненных, вызывающих восхищение образов: у зрителя, попавшего в зеркальную комнату, складывается ощущение, что он находится в центре волшебной вселенной.

В конце 1960-х Кусама превратилась еще и в автора перформансов, которые, впрочем, ее в равной степени и прославили, и обесславили. Действа, озаглавленные «праздники боди-арта» или «хэппенинги самозабвения», состояли из танцев обнаженных хиппи (зачастую их тела были украшены фирменным узором художницы — горошком), которые сжигали флаги или изображали половые акты.

Яеи Кусама никогда не боялась внимания: об этом говорит, например, ее экзотический внешний вид — яркие парики, экстравагантные костюмы с рисунками, которые сливаются с узорами с ее работ. Каждый свой день художница начинает с обзора публикаций прессы, посвященных ее персоне. И вовсе не из тщеславия — для нее это средство борьбы со страхом потери собственной личности; складывается ощущение, что образ, создаваемый медиа, помогает ей утвердиться в вере, что она все еще существует.

Многие женщины-художницы годами ожидают признания. Однако плюс позднего прихода благосклонности публики и критиков состоит в том, что он может спровоцировать неожиданный всплеск творческой активности. Луиз Буржуа создала одни из лучших своих работ на девятом десятке жизни. Теперь с Яеи Кусамой, похоже, происходит то же самое: известие о готовящейся в Тейт ретроспективе сильно повлияло на нее, говорит Гленн Скотт Райт (Glenn Scott Wright), директор галереи Victoria Miro, представляющей творчество художницы в Европе. Под воздействием этой радостной новости только за последние два года Кусама создала более 140 работ.

Художница пишет, располагая холсты на столе, к которому можно подойти с любой стороны. Ее новые работы радуют невероятным композиционным разнообразием, буйством красок и поэтическими названиями — возможно, это самые интимные картины Кусамы за всю ее карьеру. Многие авторы, старея, выдают лишь безжизненные повторы своих ранних работ. Яеи Кусама, напротив, даже в 80 лет смогла как художник раскрыться с неожиданной стороны. «Смерть не за горами, а я до сих пор не уверена, великий я художник или нет, — признается Кусама, — и именно поэтому я так погружена в живопись».

9 апреля в Тейт Модерн откроется ретроспектива другого любителя разноцветного горошка — Дэмиена Херста. Для Херста точки — оптимистичная тема. По признанию самого художника, он стал создавать «точечные» работы в попытке отойти от живописи, наполненной экзистенциальной тревогой. Различия в восприятии этой темы двумя известными авторами становится очевидны, если прочесть любопытное интервью, которое Херст взял у Кусамы в 1998 году для каталога ее выставки «Яеи Кусама: Сейчас», проходившей в галерее Robert Miller в Нью-Йорке. В ответах Кусамы на два вопроса Херста — ключ к пониманию всего творчества художницы.

Дэмиен Херст: В ваших работах так много радости, а в текстах, напротив, очень много печали…

Яеи Кусама: Я не согласна с тем, что, как Вы предположили в своем вопросе, мое творчество выражает радость. Я до сих пор не покончила с собой только потому, что использую искусство как защиту от своей болезни. Что до моих текстов, то я пишу их в слезах, когда мое сердце полнится тоской. Это трагическая эстетика.

Дэмиен Херст: Быть художником значит быть одиноким?

Яеи Кусама: Я одинока и как художник, и как человек. Это практически невыносимо, в особенности тогда, когда я вслушиваюсь в шум листьев на сильном ветру. Когда я попадаю в высокое здание, у меня возникает желание покончить с собой, бросившись вниз. Только из-за моей увлеченности искусством я пока этого не сделала».

Материал подготовила Мария Эстрова, AI

Источник: economist.com, theartnewspaper.com, artinvestment.ru